http://gusev-a-v.livejournal.com/19545.html
Интервью с вождем. Советско-финляндская война
[info]gusev_a_v
August 9th, 8:34
Сейчас во многих исторических и околоисторических трудах, когда дают оценку деятельности И.В. Сталина, часто используют слово «хотел». Например: «Сталин хотел сделать Финляндию советской республикой». А откуда известно чего он хотел или не хотел? Ниоткуда! Так, взбрехнулось... Сталина уже нет и что он хотел или не хотел мы уже никогда не узнаем. Зато узнать, что он говорил можно легко. Но широкой публике мнение Сталина по многим ключевым вопросам, по которым идут сейчас в исторических кругах жаркие баталии, неизвестны. Не читают. Ленятся. Цикл «Интервью с вождем» - это мои вопросы и подлинные ответы И.В. Сталина. Ответы я брал из различных его выступлений, докладов, писем и т. д. Интервью о советско-финляндской войне, в частности, сделано на основе выступления И.В. Сталина на совещании начальствующего состава по обобщению опыта боевых действий против Финляндии 17 апреля 1940 года.
Обращаю внимание читателей, что по-сути данное "интервью" и есть указанное выступление. Я лишь разделил его вопросами и некоторые абзацы поменял местами. В Остальном же это подлинная речь Сталина И.В. без каких либо искажений.
- Иосиф Виссарионович, в настоящее время историки-антисоветчики подают советско-финляндскую войну, как неспровоцированную агрессию СССР против маленькой Финляндии. Зачем вообще была нужна это война? Нельзя ли было вообще обойтись без войны?
- Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30-35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны. Прорваться к Ленинграду, занять его и образовать там, скажем, буржуазное правительство, белогвардейское — это значит дать довольно серьезную базу для гражданской войны внутри страны против Советской власти.
Вот вам оборонное и политическое значение Ленинграда как центра промышленного и как второй столицы нашей страны. Вот почему безопасность Ленинграда — есть безопасность нашей страны. Ясно, что коль скоро переговоры мирные с Финляндией не привели к результатам, надо было объявить войну, чтобы при помощи военной силы организовать, утвердить и закрепить безопасность Ленинграда и, стало быть, безопасность нашей страны.
- - Вы говорите о безопасности Ленинграда, но известно, что в СССР уже было сформировано марионеточное финское правительство. Как это понимать?
-Перед финнами мы с начала войны поставили два вопроса — выбирайте из двух одно: либо идите на большие уступки, либо мы вас распылим и вы получите правительство Куусинена, которое будет потрошить ваше правительство. Так мы сказали финской буржуазии. Они предпочли пойти на уступки, чтобы не было народного правительства. Пожалуйста. Дело полюбовное, мы на эти условия пошли, потому что получили довольно серьезные уступки, которые полностью обеспечивают Ленинград и с севера, и с юга, и с запада, и которые ставят под угрозу все жизненные центры Финляндии. Теперь угроза Гельсингфорсу смотрит с двух сторон — Выборг и Ханко. Стало быть, большой план большой войны не был осуществлен, и война кончилась через 3 месяца и 12 дней, только потому, что наша армия хорошо поработала и потому, что наш политический бум, поставленный перед Финляндией, оказался правильным. Либо вы, господа финские буржуа, идите на уступки, либо мы вам даем правительство Куусинена, которое вас распотрошит, и они предпочли первое.
-То есть, перед войсками не ставилась задача полной оккупации Финляндии?
-Как известно, войска были размещены на фронте в виде 5 основных колонн. Одна, наиболее серьезная, колонна наших войск на Карельском перешейке. Другая колонна наших войск и направление этой колонны было Северное побережье Ладожского озера с основным направлением на Сердоболью. Третья колонна, меньшая, направлением на Улебо. Четвертая колонна с направлением на Торнео и пятая колонна — с севера на юг на Петсамо.Правильно ли было такое размещение войск на фронте? Я думаю, что правильно. Чего хотели добиться этим размещением наших войск на фронте?
Если взять Карельский перешеек, то первая задача такая. Ведь на войне надо рассчитывать не только на хорошее, но и на плохое, а еще лучше предусмотреть худшее. Наибольшая колонна наших войск была на Карельском перешейке для того, чтобы создать невозможность для возникновения всяких случайностей против Ленинграда со стороны финнов.
Мы знали, что финнов поддерживают Франция, Англия, исподтишка поддерживают немцы, шведы, норвежцы, поддерживает Америка, поддерживает Канада. Знаем хорошо. Надо в войне предусмотреть всякие возможности, особенно не упускать из виду наиболее худших возможностей. Вот исходя из этого, надо было здесь создать большую колонну — на Карельском перешейке — что могло прежде всего обеспечить Ленинград от всяких возможных случайностей.
Во-вторых, эта колонна войск нужна была для того, чтобы разведать штыком состояние Финляндии на Карельском перешейке. Ее положение сил, ее оборону — две цели.
В-третьих, создать плацдарм для того, чтобы, когда подвезем побольше войск, они имели плацдарм для прыжка вперед и продвижения дальше. И в-четвертых, взять Выборг, если удастся.
Во всяком случае, расположение войск на Карельском перешейке преследовало три цели: создать серьезный заслон против всяких возможностей и случайностей против Ленинграда; во-вторых, устроить разведку территории и тыла Финляндии, что очень нужно было нам; и в-третьих — создать плацдарм для прыжка, куда войска будут подвезены.
Следующий участок, севернее Ладожского озера. Наши войска преследовали две цели, тоже цель разведки, собственно, три цели, цель разведки войсковой, я говорю о разведке штыковой, это очень серьезная и наиболее верная разведка из всех видов разведки. Создание плацдарма для того, чтобы с подвозом войск выйти в тыл линии Маннергейма. Вторая основная цель — создание плацдарма и выхода в тыл, если это удастся.
Третья группа имела такую же цель — разведка территорий, населения, создание плацдарма...
Четвертая группа в сторону Торнео, нужно разведать в этом направлении, создать плацдарм для войск, который потом подвезут.
Пятая группа — Петсамовская. Разведка — создание плацдармов, сделать удар по городу. Все эти группировки преследовали одну конкретную цель — заставить финнов разбить свои силы. Резерв у нас больше, чем у них, ослабить направление — напор на Карельском перешейке — в конце прорвать Карельский перешеек и пройти севернее — к Финскому заливу.
Группа севернее Ладоги ставила перед собой задачу — взять Сердоболь, зайти в тыл. Группа Улебовская — занять Улебо. Группа Кондопожская — выйти на Торнео, группа Петсамовская — соединиться с группой Кондопожской.
-Командиры не знали, что им даны столь ограниченные цели?
Мы не раскрывали карты, что у нас имеется другая цель — создать плацдарм, произвести разведку. Если бы мы все карты раскрыли, то мы расхолодили бы наши армейские части. Задача была такая.
-Сейчас много пишут, что вы рассчитывали на быструю победоносную войну...
- Мы не ставили такой серьезной задачи, потому что война в Финляндии очень трудная. Мы знаем из истории нашей армии, нашей страны, что Финляндия завоевывалась 4 раза... Мы попытались ее пятый раз потрясти. Мы знали, что Петр I воевал 21 год, чтобы отбить у Швеции всю Финляндию. Финляндия была тогда провинцией у Швеции, именно тот район, который мы теперь получили, район Кохтла-Ярве и Петсамо. Это не в счет, весь Карельский перешеек до Выборга, включая Выборгский залив, причем Петр не получил тогда полуостров Ханко, но он воевал 21 год.
Мы знали, что после Петра I войну за расширение влияния России в Финляндии вела его дочь Елизавета Петровна 2 года. Кое-чего она добилась, расширила, но Гельсингфорс оставался в руках Финляндии. Мы знали, что Екатерина II два года вела войну и ничего особенного не добилась.
Мы знали, наконец, что Александр I два года вел войну и завоевал Финляндию, отвоевал все области. Точно такие же истории происходили с войсками русских тогда, как теперь: окружали, брали в плен, штабы уводили, финнов окружали, брали в плен — то же, что и было. Всю эту штуку мы знали и считали, что, возможно, война с Финляндией продлится до августа или сентября 1940 года, вот почему мы на всякий случай учитывали не только благоприятное, но и худшее, и занялись с самого начала войны подготовкой плацдармов в пяти направлениях. Если бы война продлилась и если бы в войну вмешалось какое-либо соседнее государство, мы имели в виду поставить по этим направлениям, где уже имеются готовые плацдармы 62 дивизий пехоты и 10 в резерве, 72 всего, чтобы отбить охоту вмешиваться в это дело. Но до этого дело не дошло. У нас было всего 50 дивизий. Резерв так и остался резервом — 10 дивизий, но это потому, что наши войска хорошо поработали, разбили финнов и прижали финнов.
- Ваши критики утверждают, что для войны было крайне неудачно выбрано время...
- Нет. Партия и правительство поступили совершенно правильно, не откладывая этого дела и, зная, что мы не вполне еще готовы к войне в финских условиях, начали активные военные действия именно в конце ноября — в начале декабря. Все это зависело не только от нас, а, скорее всего, от международной обстановки. Там, на Западе, три самых больших державы вцепились друг другу в горло — когда же решать вопрос о Ленинграде, если не в таких условиях, когда руки заняты и нам представляется благоприятная обстановка для того, чтобы их в этот момент ударить?
Было бы большой глупостью, политической близорукостью упустить момент и не попытаться поскорее, пока идет там война на Западе, поставить и решить вопрос о безопасности Ленинграда. Отсрочить это дело месяца на два означало бы отсрочить это дело лет на 20, потому что ведь всего не предусмотришь в политике. Воевать-то они там воюют, но война какая-то слабая: то ли воюют, то ли в карты играют.
Вдруг они возьмут и помирятся, что не исключено. Стало быть, благоприятная обстановка для того, чтобы поставить вопрос об обороне Ленинграда и обеспечении безопасности государства, был бы упущен. Это было бы большой ошибкой.
Вот почему наше правительство и партия поступили правильно, не отклонив это дело и открыв военные действия непосредственно после перерыва переговоров с Финляндией.
- Если все было правильно спланировано, то почему начало военной компании оказалось неудачным?
-Потому, что наши войска и командный состав наших войск не сумели приспособиться к условиям войны в Финляндии.
-А что помешало?
- Мне кажется, что им особенно помешало — это созданная предыдущая кампания психологии в войсках и командном составе — шапками закидаем. Нам страшно повредила польская кампания, она избаловала нас. Писались целые статьи и говорились речи, что наша Красная Армия непобедима, что нет ей равной, что у нее все есть, нет никаких нехваток, не было и не существует, что наша армия непобедима. Вообще в истории не бывало непобедимых армий. Самые лучшие армии, которые были и там, и сям, терпели поражения. У нас товарищи хвастались, что наша армия непобедима, что мы всех можем шапками закидать, нет никаких нехваток. В практике нет такой армии и не будет.
Это помешало нашей армии сразу понять свои недостатки и перестроиться, перестроиться применительно к условиям Финляндии. Наша армия не поняла, не сразу поняла, что война в Польше это была военная прогулка, а не война. Она не поняла и не уяснила, что в Финляндии не будет военной прогулки, а будет настоящая война. Потребовалось время для того, чтобы наша армия поняла это, почувствовала и чтобы она стала приспосабливаться к условиям войны в Финляндии, чтобы она стала перестраиваться.
Это больше всего помешало нашим войскам сразу, с ходу приспособиться к основным условиям войны в Финляндии, понять, что она шла не на военную прогулку, чтобы на “ура” брать, а на войну. Вот с этой психологией, что наша армия непобедима, с хвастовством, которые страшно развиты у нас, — это самые невежественные люди, т. е. большие хвастуны, — надо покончить. С этим хвастовством надо раз и навсегда покончить. Надо вдолбить нашим людям правила о том, что непобедимой армии не бывает. Надо вдолбить слова Ленина о том, что разбитые армии или потерпевшие поражения армии очень хорошо дерутся потом. Надо вдолбить нашим людям, начиная с командного состава и кончая рядовым, что война — это игра с некоторыми неизвестными, что там, в войне, могут быть и поражения. И поэтому надо учиться не только наступать, но и отступать. Надо запомнить самое важное — философию Ленина. Она не превзойдена, и хорошо было бы, чтобы наши большевики усвоили эту философию, которая в корне противоречит обывательской философии, будто бы наша армия непобедима, имеет все и может все победить. С этой психологией — шапками закидаем — надо покончить, если хотите, чтобы наша армия стала действительно современной армией. Ведь имейте в виду, что за все существование Советской власти мы настоящей современной войны еще не вели.
- Вы говорите только о польской компании, дескать она, расслабила военачальников. Но ведь был Хасан, Халхин-Гол..
-Мелкие эпизоды в Манчжурии, у озера Хасан или в Монголии — это чепуха, это не война — это отдельные эпизоды на пятачке, строго ограниченном. Япония боялась развязать войну, мы тоже этого не хотели, и некоторая проба сил на пятачке показала, что Япония провалилась. У них было 2-3 дивизии и у нас 2-3 дивизии в Монголии, столько же на Хасане. Настоящей, серьезной войны наша армия еще не вела.
-Но была ведь еще гражданская война!
-Гражданская война — это не настоящая война, потому что это была война без артиллерии, без авиации, без танков, без минометов. Без всего этого какая же это серьезная война? Это была особая война, не современная. Мы были плохо вооружены, плохо одеты, плохо питавшиеся, но все-таки разбили врага, у которого было намного больше вооружения, который был намного лучше вооружен, потому что тут в основном играл роль дух.
-Однако сейчас вас упрекают, что вы слишком благоволили командирам, прошедшим «школу гражданской войны», которые этак с саблей наголо... Это помешало нашим войскам?
- Помешали, по-моему, культ традиции и опыта гражданской войны. Как у нас расценивают комсостав: а ты участвовал в гражданской войне? Нет, не участвовал. Пошел вон. А тот участвовал? Участвовал. Давай его сюда, у него большой опыт и прочее.
Я должен сказать, конечно, опыт гражданской войны очень ценен, традиции гражданской войны тоже ценны, но они совершенно недостаточны. Вот именно культ традиции и опыта гражданской войны, с которыми надо покончить, и помешал нашему командному составу сразу перестроиться на новый лад, на рельсы современной войны.
Не последний человек у нас товарищ командир — первый; если хотите, по части гражданской войны опыт у него большой, он уважаемый, честный человек, а вот до сих пор не может перестроиться на новый современный лад. Он не понимает, что нельзя сразу вести атаку, без артиллерийской обработки. Он иногда ведет полки на “ура”. Если так вести войну, значит, загубить дело, все равно, будут ли это кадры, или нет, первый класс, все равно загубить. Если противник сидит в окопах, имеет артиллерию, танки, то он, бесспорно, разгромит.
Такие же недостатки были в 7-й армии — непонимание того, что артиллерия решает дело. Все эти разговоры о том, что жалеть нужно снаряды, нужны ли самозарядные винтовки, что они берут много патронов, зачем нужен автомат, который столько патронов берет, все эти разговоры, что нужно стрелять только по цели, — все это старое, это область и традиции гражданской войны. Это не содержит ничего современного.
Откуда все эти разговоры? Разговоры не только там велись, разговоры и здесь велись. Гражданские люди — я, Молотов — кое-что находили по части военных вопросов. Невоенные люди специально спорили с руководителями военных ведомств, переспорили их и заставили признать, что ведем современную войну с финнами, которых обучают современной войне три государства: обучала Германия, обучает Франция, обучает Англия. Взять современную войну при наличии укрепленных районов и вместе с тем ставить вопрос о том, что только по целям надо стрелять — значит, несусветная мудрость.
Разговоры о том, почему прекратили производство автоматов Дегтярева. У него было только 25 зарядов. Глупо, но все-таки прекратили. Почему? Я не могу сказать.
Почему минометов нет? Это не новое дело. В эпоху империалистической войны немцы спасались от западных и восточных войск — наших и французских — главным образом минами: людей мало — мин много. 24 года прошло, почему у вас до сих пор нет минометов? Ни ответа, ни привета.
- Это я у вас хочу спросить почему у РККА не оказалось необходитмого вооружения: миноискателей, минометов, автоматов?
- Потому что у всех в головах царили традиции гражданской войны: мы обходились без мин, без автоматов, что наша артиллерия, наши люди замечательные, герои и все прочее, мы напрем и понесем. Эти речи напоминают мне краснокожих в Америке, которые против винтовок выступали с дубинами и хотели победить американцев дубинами, — винтовку победить дубиной — и всех их перебили.
Вот этот культ традиции и опыта гражданской войны развит у людей и отнял у них психологическую возможность побыстрей перестроиться на новые методы современной войны. Надо сказать, что все-таки недели через 2-3-4 стали перестраиваться: сначала 13-я армия, Штерну тоже удалось перестроиться, тоже не без скрипа. Хорошо повел себя тов. Фролов, 14-я армия. Хуже всех пошло у т. Ковалева. Так как он хороший боец, так как он хороший герой гражданской войны и добился славы в эпоху гражданской войны, то ему очень трудно освободиться от опыта гражданской войны, который совершенно недостаточен. Традиции и опыт гражданской войны совершенно недостаточны, и кто их считает достаточными, наверняка погибнет. Командир, считающий, что он может воевать и побеждать, опираясь только на опыт гражданской войны, погибнет как командир. Он должен этот опыт и ценность гражданской войны дополнить обязательно... дополнить опытом войны современной. А что такое современная война — интересный вопрос, чего она требует? Она требует массовой артиллерии. В современной войне артиллерия это Бог, судя по артиллерии. Кто хочет перестроиться на новый современный лад, должен понять — артиллерия решает судьбу войны, массовая артиллерия. И поэтому разговоры, что нужно стрелять по цели, а не по площади, жалеть снаряды, это несусветная глупость, которая может загубить дело. Если нужно в день дать 400—500 снарядов, чтобы разбить тыл противника, передовой край противника разбить, чтобы он не был спокоен, чтобы он не мог спать, нужно не жалеть снарядов и патронов. Как пишут финские солдаты, что они на протяжении 4 месяцев не могли выспаться, только в день перемирия выспались. Вот что значит артиллерия. Артиллерия — первое дело.
Второе — авиация, массовая авиация, не сотни, а тысячи самолетов. И вот, кто хочет вести войну по-современному и победить в современной войне, тот не может говорить, что нужно экономить бомбы. Чепуха, товарищи, побольше бомб нужно давать противнику для того, чтобы оглушить его, перевернуть вверх дном его города, тогда добьемся победы. Больше снарядов, больше патронов давать, меньше людей будет потеряно. Будете жалеть патроны и снаряды — будет больше потерь. Надо выбирать. Давать больше снарядов и патронов, или жалеть свою армию, сохранять силы, давать минимум убитых, или не жалеть бомбы, снаряды.
Дальше — танки, третье, тоже решающее, нужны массовые танки не сотни, а тысячи. Танки, защищенные броней — это все. Если танки будут толстокожими, они будут чудеса творить при нашей артиллерии, при нашей пехоте. Нужно давать больше снарядов и патронов для противника, жалеть своих людей, сохранять силы армии.
Минометы — четвертое, нет современной войны без минометов, массовых минометов. Все корпуса, все роты, батальоны, полки должны иметь минометы 6-тидюймовые обязательно, 8-мидюймовые. Это страшно нужно для современной войны. Это очень эффективные минометы и очень дешевая артиллерия. Замечательная штука миномет. Не жалеть мин, вот лозунг, жалеть своих людей. Если жалеть бомбы и снаряды — не жалеть людей, меньше людей будет. Если хотите, чтобы у нас война была с малой кровью, — не жалейте мин.
Дальше — автоматизация ручного оружия.
- Но многие нынешние историки утверждают что именно вы и были тем ретроградом, который препятствовал широкому внедрению автоматического стрелкового оружия...
- До сих пор идут споры: нужны ли нам самозарядные винтовки с десятизарядным магазином? Люди, которые живут традициями гражданской войны, — дураки, хотя они и хорошие люди, когда говорят: а зачем нам самозарядная винтовка? А возьмите нашу старую винтовку пятизарядную и самозарядную винтовку с десятью зарядами. Ведь мы знаем, что — целься, поворачивай, стреляй, попадется мишень — опять целься, поворачивай, стреляй. А возьмите бойца, у которого десятизарядная винтовка, он в три раза больше пуль выпустит, чем человек с нашей винтовкой. Боец с самозарядной винтовкой равняется трем бойцам. Как же после этого не переходить на самозарядную винтовку, ведь это полуавтомат. Это страшно необходимо, война показала это в войсках армии. Для разведки нашей, для ночных боев, в тыл напасть, поднять шум, такой ужас создается в тылу ночью и такая паника — мое почтение. Наши солдаты не такие уж трусы, но они бегали от автоматов. Как же это дело не использовать.
Значит — пехота, ручное оружие с полуавтоматом-винтовкой и автоматический пистолет — обязательны.
- Еще один упрек: советские солдаты безынициативны потому что боятся проявить инициативу. Инициатива в РККА — наказуема?
-У нашего бойца не хватает инициативы. Он индивидуально мало развит. Он плохо обучен, а когда человек не знает дела, откуда он может проявить инициативу, и поэтому он плохо дисциплинирован. Таких бойцов новых надо создать, не тех митюх, которые шли в гражданскую войну. Нам нужен новый боец. Его нужно и можно создать: инициативного, индивидуально развитого, дисциплинированного.
- Но в армии, порой, насаждается: «За Родину, за Сталина!»
- Для современной войны нам нужны политически стойкие и знающие военное дело политработники. Недостаточно того, что политработник на словах будет твердить “партия Ленина-Сталина”, все равно что аллилуя-аллилуя. Этого мало, этого теперь недостаточно. Он должен быть политически стойким, политически образованным и культурным, он должен знать военное дело. Без этого мы не будем иметь хорошего бойца, хорошо налаженного снабжения, хорошо организованного пополнения для армии.
Вот все те условия, которые требуются для того, чтобы вести современную войну нам — советским людям, и чтобы победить в этой войне.
- Почему же оказалось, что финны подготовлены к современной войне лучше?
- Вот многие из вас видели ее подвижность, дисциплину, видели, как она применяет всякие фокусы, и некоторая зависть сквозила к финской армии. Вопрос: можно ли ее назвать вполне современной армией? По-моему, нельзя. С точки зрения обороны укрепленных рубежей, она, финская армия, более или менее удовлетворительная, но она все-таки несовременная, потому что она очень пассивна в обороне и она смотрит на линию обороны укрепленного района, как магометане на аллаха. Дурачки, сидят в дотах и не выходят, считают, что с дотами не справятся, сидят и чай попивают. Это не то отношение к линии обороны, какое нужно современной армии. Современная армия не может относиться к линии обороны, как бы она ни была прочна, пассивно.
Вот эта пассивность в обороне и вот это пассивное отношение к оборонительным линиям, оно характеризует финскую армию как не вполне современную для обороны, когда она сидит за камнями. Финская армия показала себя, что она не вполне современна, и потому, что слишком религиозно относится к непревзойденности своих укрепленных районов. А наступление финнов гроша ломаного не стоит. Вот 3 месяца боев, помните вы хоть один случай серьезного массового наступления со стороны финской армии? Этого не бывало. Они не решались даже на контратаку, хотя они сидели в районах, где имеются у них доты, где все пространство вымерено, как на полигоне, они могут закрыть глаза и стрелять, ибо все пространство у них вымерено, вычерчено, и все-таки они очень редко шли на контратаку, и я не знаю ни одного случая, чтобы в контратаках они не провалились. Что касается какого-либо серьезного наступления для прорыва нашего фронта, для занятия какого-либо рубежа, ни одного такого факта вы не увидите. Финская армия не способна к большим наступательным действиям. В этой армии главный недостаток — она не способна к большим наступательным действиям, в обороне она пассивна и очень скупа на контратаку, причем контратаку она организует крайне неуклюже и всегда она уходила с потерями после контратаки. Вот главный недостаток финской армии. Она создана и воспитана не для наступления, а для обороны, причем обороны не активной, а пассивной.
Оборона с глубокой фетишизированной верой, верой в неуязвимый край. Я не могу назвать такую армию современной.
На что она способна, и чему завидовали отдельные товарищи? На небольшие выступления, на окружение с заходом в тыл, на завалы, свои условия знают, и только. Все эти завалы можно свести к фокусам. Фокус — хорошее дело: хитрость, смекалка и прочее. Но на фокусе прожить невозможно. Раз обманул — зашел в тыл, второй раз обманул, а третий раз не обманешь. Не может армия отыграться на одних фокусах, она должна быть армией настоящей. Если она этого не имеет, она неполноценна. Вот вам оценка финской армии. Я беру тактические стороны, не касаясь того, что она слаба, что артиллерии у нее мало. Не потому, что она бедна, ничего подобного. Но она только теперь стала понимать, что без артиллерии война должна быть проиграна. Не говорю о другом недостатке — у них мало авиации. Не потому, что у них не было денег для авиации. У них довольно много капитала, у них развиты целлюлозные фабрики, которые дают порох, а порох стоит дорого. У них больше целлюлозных фабрик, чем у нас, вдвое больше: мы даем 500 тысяч тонн в год целлюлозы, от них получили теперь заводы, которые дадут 100 тысяч тонн в год, а вдвое больше осталось у них. Это богатая страна. Если у них нет авиации — это потому, что они не поняли силу и значение авиации. Вот вам тоже недостаток.
Армия, которая воспитана не для наступления, а для пассивной обороны; армия, которая не имеет серьезной артиллерии; армия, которая не имеет серьезной авиации, хотя имеет все возможности для этого; армия, которая ведет хорошо партизанские наступления — заходит в тыл, завалы делает и все прочее — не могу я такую армию назвать армией.
- Стоит ли считать большим достижение победу над такой армией?
- Финнов победить — не Бог весть какая задача. Конечно, мы должны были финнов победить. Мы победили не только финнов, мы победили еще их европейских учителей — немецкую оборонительную технику победили, английскую оборонительную технику победили, французскую оборонительную технику победили. Не только финнов победили, но и технику передовых государств Европы. Не только технику передовых государств Европы, мы победили их тактику, их стратегию. Вся оборона Финляндии и война велась по указке, по наущению, по совету Англии и Франции, а еще раньше немцы здорово им помогали, и наполовину оборонительная линия в Финляндии по их совету построена. Итог об этом говорит.
Мы разбили не только финнов — эта задача не такая большая. Главное в нашей победе состоит в том, что мы разбили технику, тактику и стратегию передовых государств Европы, представители которых являлись учителями финнов. В этом основная наша победа
Следующее интервью - готовится....
воскресенье, 15 августа 2010 г.
понедельник, 26 июля 2010 г.
Почему надо вернуться к Киселеву?
Костенко И. П.
"Я бы вернулся в Киселеву".Академик В. И. Арнольд
Призыв "вернуться к Киселеву" раздается вот уже 30 лет. Возник он сразу после реформы-70, изгнавшей из школы прекрасные учебники и запустившей процесс прогрессивной деградации образования. Почему не утихает этот призыв?
Кое-кто объясняет это "ностальгией" [1, с. 5]. Неуместность такого объяснения очевидна, если вспомнить, что первый, кто еще в 1980 г., по свежим следам реформы, призвал вернуться к опыту и учебникам русской школы, был академик Л. С. Понтрягин. Профессионально проанализировав новые учебники, он убедительно, на примерах объяснил, — почему это надо сделать [2, с. 99-112].
Потому что все новые учебники ориентированы на Науку, а точнее, на наукообразие и полностью игнорируют Ученика, психологию его восприятия, которую умели учитывать старые учебники. Именно "высокий теоретический уровень" современных учебников — коренная причина катастрофического падения качества обучения и знаний. Причина эта действует более тридцати лет, не позволяя хоть как-то исправить ситуацию.
Сегодня усваивают математику около 20% учащихся (геометрию — 1%) [3, с. 14], [4, с. 63]. В 40-х годах (сразу после войны!) полноценно усваивали все разделы математики 80% школьников, учившихся "по Киселеву" [3, с. 14]. Это ли не аргумент за его возвращение детям?
В 80-х годах призыв этот был проигнорирован министерством (М. А. Прокофьев) под предлогом, что "надо совершенствовать новые учебники". Сегодня мы видим, что 40 лет "совершенствования" плохих учебников так и не породили хорошего. И не могли породить.
Хороший учебник не "пишется" в один-два года по заказу министерства или для конкурса. Он не будет "написан" даже в десять лет. Он вырабатывается талантливым педагогом-практиком вместе с учащимися в течение всей педагогической жизни (а не профессором математики или академиком за письменным столом).
Педагогический талант редок, — гораздо реже собственно математического (хороших математиков тьма, авторов хороших учебников — единицы). Главное свойство педагогического таланта — способность сочувствия с учеником, которая позволяет правильно понять ход его мысли и причины затруднений. Только при этом субъективном условии могут быть найдены верные методические решения. И они должны быть еще проверены, скорректированы и доведены до результата долгим практическим опытом, — внимательными, педантичными наблюдениями за многочисленными ошибками учащихся, вдумчивым их анализом.
Именно так в течение более сорока лет (первое издание в 1884 г.) создавал свои замечательные, уникальные учебники учитель Воронежского реального училища А. П. Киселев. Его высшей целью было понимание предмета учащимися. И он знал, как эта цель достигается. Поэтому так легко было учиться по его книгам.
Свои педагогические принципы А. П. Киселев выразил очень кратко: "Автор... прежде всего ставил себе целью достигнуть трех качеств хорошего учебника: точности (!) в формулировке и установлении понятий, простоты (!) в рассуждениях и сжатости (!) в изложении" [5, с. 3].
Глубокая педагогическая значительность этих слов как-то теряется за их простотой. Но эти простые слова стоят тысяч современных диссертаций. Давайте вдумаемся.
Современные авторы, следуя наказу А. Н. Колмогорова, стремятся "к более строгому (зачем? — И.К.) с логической стороны построению школьного курса математики" [6, с. 98]. Киселев заботился не о "строгости", а о точности (!) формулировок, которая обеспечивает их правильное понимание, адекватное науке. Точность — это соответствие смыслу. Пресловутая формальная "строгость" ведет к отдалению от смысла и, в конце концов, полностью уничтожает его.
Киселев даже не употребляет слова "логика" и говорит не о "логичных доказательствах", вроде бы неотъемлемо свойственных математике, а о "простых рассуждениях". В них, в этих "рассуждениях", разумеется, присутствует логика, но она занимает подчиненное положение и служит педагогической цели — понятности и убедительности (!) рассуждений для учащегося (а не для академика).
Наконец, сжатость. Обратите внимание, — не краткость, а сжатость! Как тонко чувствовал Андрей Петрович тайный смысл слов! Краткость предполагает сокращение, выбрасывание чего-то, может быть, и существенного. Сжатость — сжимание без потерь. Отсекается только лишнее, — отвлекающее, засоряющее, мешающее сосредоточению на смыслах. Цель краткости — уменьшение объема. Цель сжатости — чистота сути! Этот комплимент в адрес Киселева прозвучал на конференции "Математика и общество" (Дубна) в 2000 г.: "Какая чистота!"
Замечательный Воронежский математик Ю. В. Покорный, "болеющий школой", установил, что методическая архитектура учебников Киселева наиболее согласована с психолого-генетическими законами и формами развития юного интеллекта (Пиаже-Выготский), восходящими к Аристотелевой "лестнице форм души". "Там (в учебнике геометрии Киселева — И.К.), если кто помнит, изначально изложение нацелено на сенсо-моторное мышление (наложим, т.к. отрезки или углы равны, другой конец или другая сторона совпадают и т.д.). Затем отработанные схемы действий, обеспечивающие начальную (по Выготскому и Пиаже) геометрическую интуицию, комбинациями приводят к возможности догадок (инсайту, ага-переживанию). При этом наращивается аргументация в форме силлогизмов. Аксиомы появляются лишь в конце планиметрии, после чего возможны более строгие дедуктивные рассуждения. Не зря в когдатошние времена именно геометрия по Киселеву прививала школьникам навыки формально-логических рассуждений. И делала это достаточно успешно" [7, с. 81-82].
Вот где еще одна тайна чудесной педагогический силы Киселева! Он не только психологически правильно подает каждую тему, но строит свои учебники (от младших классов к старшим) и выбирает методы соответственно возрастным формам мышления и возможностям понимания детей, неторопливо и основательно развивая их. Высший уровень педагогического мышления, недоступный современным дипломированным методистам и преуспевающим авторам учебников.
А теперь хочу поделиться одним личным впечатлением. Преподавая во втузе теорию вероятностей, я всегда испытывал дискомфорт при разъяснении студентам понятий и формул комбинаторики. Студенты не понимали выводов, путались в выборе формул сочетаний, размещений, перестановок. Долго не удавалось внести ясность, пока не осенила мысль обратиться за помощью к Киселеву, — я помнил, что в школе эти вопросы не вызывали никаких затруднений и даже были интересны. Сейчас этот раздел выброшен из программы средней школы, — таким путем Минпрос пытался решить созданную им самим проблему перегрузки. Так вот, прочитав изложение Киселева, я был изумлен, когда нашел у него решение конкретной методической проблемы, которая долго не удавалась мне. Возникла волнующая связь времен и душ, — оказалось, что А. П. Киселев знал о моей проблеме, думал над ней и решил ее давным-давно! Решение состояло в умеренной конкретизации и психологически правильном построении фраз, когда они не только верно отражают суть, а учитывают ход мысли ученика и направляют ее. И надо было изрядно помучиться в многолетнем решении методической задачи, чтобы оценить искусство А. П. Киселева. Очень незаметное, очень тонкое и редкостное педагогическое искусство. Редкостное! Современным ученым педагогам и авторам коммерческих учебников следовало бы заняться исследованиями учебников учителя гимназии А. П. Киселева.
А. М. Абрамов (один из реформаторов-70, — он, по его признанию [8, с. 13], участвовал в написании "Геометрии" Колмогорова) честно признает, что только после многолетнего изучения и анализа учебников Киселева стал немного понимать скрытые педагогические "тайны" этих книг и "глубочайшую педагогическую культуру" их автора, учебники которого — "национальное достояние" (!) России [8, с. 12-13].
И не только России, — в школах Израиля все это время без комплексов пользуются учебниками Киселева. Этот факт подтверждает директор Пушкинского Дома академик Н. Скатов: "Сейчас все чаще специалисты утверждают, что, оказывается, учебник Щербы по русскому языку все-таки перекрывает все новейшие учебники, и, кажется, пока мы (?) бесшабашно (?) предавались математическим экспериментам, умные израильтяне обучали алгебре по нашему хрестоматийному Киселеву." [9, с. 75].
У нас же все время придумываются препятствия. Главный аргумент: "Киселев устарел". Но что это значит?
В науке термин "устарел" применяется к теориям, ошибочность или неполнота которых установлена их дальнейшим развитием. Что же "устарело" у Киселева? Теорема Пифагора или что-то еще из содержания его учебников? Может быть, в эпоху быстродействующих калькуляторов устарели правила действий с числами, которых не знают многие современные выпускники школ (не умеют складывать дроби)?
Наш лучший современный математик, академик В. И. Арнольд почему-то не считает Киселева "устаревшим". Очевидно, в его учебниках нет ничего не верного, не научного в современном смысле. Но есть та высочайшая педагогическая и методическая культура и добросовестность, которые утрачены нашей педагогикой и до которой нам никогда больше не дотянуться. Никогда!
Термин "устарел" — всего лишь лукавый прием, характерный для модернизаторов всех времен. Прием, воздействующий на подсознание. Ничто подлинно ценное не устаревает, — оно вечно. И его не удастся "сбросить с парохода современности", как не удалось сбросить "устаревшего" Пушкина РАППовским модернизаторам русской культуры в 20-х годах. Никогда не устареет, не будет забыт и Киселев.
Другой аргумент: возвращение невозможно из-за изменения программы и слияния тригонометрии с геометрией [10, с. 5]. Довод не убедительный — программу можно еще раз изменить, а тригонометрию разъединить с геометрией и, главное, с алгеброй. Более того, указанное "соединение" (как и соединение алгебры с анализом) является еще одной грубой ошибкой реформаторов-70, оно нарушает фундаментальное методическое правило — трудности разъединять, а не соединять.
Классическое обучение "по Киселеву" предполагало изучение тригонометрических функций и аппарата их преобразований в виде отдельной дисциплины в X классе, а в конце — приложение усвоенного к решению треугольников и к решению стереометрических задач. Последние темы были замечательно методически проработаны с помощью последовательности типовых задач. Стереометрическая задача "по геометрии с применением тригонометрии" была обязательным элементом выпускных экзаменов на аттестат зрелости. Учащиеся хорошо справлялись с этими задачами. А сегодня? Абитуриенты МГУ не могут решить простую планиметрическую задачу!
Наконец, еще один убийственный аргумент, — "у Киселева есть ошибки" (проф. Н. X. Розов). Интересно, какие же? Оказывается, — пропуски логических шагов в доказательствах.
Но это же не ошибки, это сознательные, педагогически оправданные пропуски, облегчающие понимание. Это — классический методический принцип русской педагогики: "не следует стремиться сразу к строго логическому обоснованию того или иного математического факта. Для школы вполне приемлемы "логические скачки через интуицию", обеспечивающие необходимую доступность учебного материала" (из выступления видного методиста Д. Мордухай-Болтовского на Втором Всероссийском съезде преподавателей математики в 1913 г).
Модернизаторы-70 заменили этот принцип антипедагогическим псевдонаучным принципом "строгого" изложения. Именно он уничтожил методику, породил непонимание и отвращение учащихся к математике. Приведу пример педагогических уродств, к которым ведет этот принцип.
Вспоминает старый новочеркасский учитель В. К. Совайленко. "25 августа 1977 г. проходило заседание УМСа МП СССР, на котором академик А. Н. Колмогоров анализировал учебники математики с 4-го по 10-й классы и рассмотрение каждого учебника заканчивал фразой: "После некоторой корректировки это будет прекрасный учебник, и если вы правильно понимаете этот вопрос, то вы одобрите этот учебник". Присутствовавший на заседании учитель из Казани с сожалением сказал рядом сидящим: "Это же надо, гений в математике — профан в педагогике. Он не понимает, что это не учебники, а уроды, и он их хвалит". В прениях выступил московский учитель Вайцман: "я прочитаю из действующего учебника геометрии определение многогранника". Колмогоров, выслушав определение, сказал: "Верно, все верно!". Учитель ему ответил: "В научном отношении все верно, а в педагогическом — вопиющая безграмотность. Это определение напечатано жирным шрифтом, значит, для обязательного заучивания, и занимает полстраницы. Так разве суть школьной математики в том, чтобы миллионы школьников зубрили определения в полстраницы учебника? В то время, как у Киселева это определение дано для выпуклого многогранника и занимает менее двух строк. Это и научно, и педагогически грамотно." О том же говорили в своих выступлениях и другие учителя. Подводя итоги, A. Н. Колмогоров сказал: "К сожалению, как и прежде, продолжалось ненужное критиканство вместо делового разговора. Вы меня не поддержали. Но это не имеет значения, т. к. я договорился с министром Прокофьевым и он меня полностью поддерживает." Данный факт изложен B. К. Совайленко в официальном письме в адрес ФЭС от 25.09.1994 г.
Еще один интересный пример профанации педагогики специалистами-математиками. Пример, неожиданно приоткрывший одну поистине "тайну" Киселевских книг. Лет десять назад присутствовал я на лекции крупного нашего математика. Лекция посвящалась школьной математике. В конце задал лектору вопрос, — как он относится к учебникам Киселева? Ответ: "Учебники хорошие, но они устарели". Ответ банален, но интересно было продолжение, — в качестве примера лектор нарисовал Киселевский чертеж к признаку параллельности двух плоскостей. На этом чертеже плоскости резко изгибались для того, чтобы пересечься. И я подумал: "Действительно, какой нелепый чертеж! Нарисовано то, чего быть не может!" И вдруг отчетливо вспомнил подлинный чертеж и даже его положение на странице (внизу-слева) в учебнике, по которому учился почти сорок лет назад. И почувствовал связанное с чертежем ощущение мускульного напряжения, — будто пытаюсь насильственно соединить две непересекающиеся плоскости. Сама-собой возникла из памяти четкая формулировка: "Если две пересекающиеся прямые "одной плоскости параллельны -..", а вслед за ней и все короткое доказательство "от противного". Я был потрясен. Оказывается, Киселев запечатлел в моем сознании этот осмысленный математический факт навечно (!).
Наконец, пример непревзойденного искусства Киселева сравнительно с современными авторами. Держу в руках учебник для 9-го класса "Алгебра-9", изданный в 1990 году. Автор — Ю. Н. Макарычев и К0, и между прочим, именно учебники Макарычева, а также Виленкина, приводил в качестве примера "недоброкачественных, ... безграмотно выполненных" Л. С. Понтрягин [2, с. 106]. Первые страницы: §1. "Функция. Область определения и область значений функции". В заголовке указана цель — разъяснить ученику три взаимосвязанных математических понятия. Как же решается эта педагогическая задача? Вначале даются формальные определения, потом множество разношерстных абстрактных примеров, затем множество хаотичных упражнений, не имеющих рациональной педагогической цели. Налицо перегрузка и абстрактность. Изложение занимает семь страниц. Форма изложения, когда начинают с невесть откуда взявшихся "строгих" определений и затем "иллюстрируют" их примерами, трафаретна для современных научных монографий и статей.
Сравним изложение той же темы А. П. Киселевым (Алгебра, ч. 2. М.: Учпедгиз. 1957). Методика обратная. Начинается тема с двух примеров — бытового и геометрического, эти примеры хорошо знакомы ученику. Примеры подаются так, что естественно приводят к понятиям переменной величины, аргумента и функции. После этого даются определения и еще 4 примера с очень краткими пояснениями, их цель — проверить понимание ученика, придать ему уверенности. Последние примеры тоже близки ученику, они взяты из геометрии и школьной физики. Изложение занимает две (!) страницы. Ни перегрузки, ни абстрактности! Пример "психологического изложения", по выражению Ф. Клейна. Показательно сравнение объемов книг. Учебник Макарычева для 9 класса содержит 223 страницы (без учета исторических сведений и ответов). Учебник Киселева содержит 224 страницы, но рассчитан на три года обучения — для 8-10 классов. Объем увеличился в три раза!
Сегодня очередные реформаторы стремятся уменьшить перегрузку и "гуманизировать" обучение, якобы заботясь о здоровье школьников. Слова, слова... На самом же деле, вместо того, чтобы сделать математику понятной, они уничтожают ее основное содержание. Сначала, в 70-х гг. "подняли теоретический уровень", подорвав психику детей, а теперь "опускают" этот уровень примитивным методом выбрасывания "ненужных" разделов (логарифмы, геометрия и др.) и сокращением учебных часов [11, с. 39-44].
Подлинной гуманизацией было бы именно возвращение к Киселеву. Он сделал бы математику вновь понятной детям и любимой. И этому есть прецедент в нашей истории: в начале 30-х годов прошлого века "устаревший" "дореволюционный" Киселев, возвращенный "социалистическим" детям, мгновенно поднял качество знаний и оздоровил их психику. И, может быть, помог одержать победу в Великой войне.
Главным препятствием являются не аргументы, а кланы, контролирующие Федеральный комплект учебников и выгодно размножающие свою учебную продукцию. Такие деятели "народного просвещения", как недавний председатель ФЭС Г. В. Дорофеев, который поставил свое имя уже, наверное, на сотне учебных книг, выпущенных "Дрофой", Л. Г. Петерсон [12, с. 102-106], И. И. Аргинская, Е. П. Бененсон, А. В. Шевкин (см. сайт "www.shevkin.ru"), и пр., и пр. Оцените, к примеру, современный педагогический шедевр, нацеленный на "развитие" третьеклассника:
"Задача 329. Для определения значений трех сложных выражений учеником выполнены такие действия: 320-3, 318+507, 169-3, 248:4, 256+248, 231-3, 960-295, 62+169, 504:4, 256+62, 126+169, 256+693. 1. Выполни все указанные действия. 2. Восстанови сложные выражения, если одно из действий встречается в двух из них (??). 3. Предложи свое продолжение задания." [13].
Но Киселев вернется! В разных городах уже есть учителя, которые работают "по Киселеву". Начинают издаваться его учебники. Возвращение незримо грядет! И вспоминаются слова: "Да здравствует солнце! Да скроется тьма!"
Литература
1. Математика (приложение к газете "Первое сентября"). 1999, №11.
2. Понтрягин Л. С. О математике и качестве ее преподавания // Коммунист. 1980, №14.
3. Учительская газета. 2001, №44.
4. Математика в школе. 2002, №2.
5. Орловский университет. 2002, №7.
6. На путях обновления школьного курса математики. М.; Просвещение, 1978.
7. Покорный Ю. В. Унижение математикой. Воронеж, 2006.
8. Учительская газета. 1994, №6.
9. Математика в школе. 2003, №2. [10] Математика в школе. 2000, №1. [11] Образование, которое мы можем потерять. М. 2002, с. 39-44.
Cтатья печатается в журнале "Математическое образование"
Костенко И. П.
"Я бы вернулся в Киселеву".Академик В. И. Арнольд
Призыв "вернуться к Киселеву" раздается вот уже 30 лет. Возник он сразу после реформы-70, изгнавшей из школы прекрасные учебники и запустившей процесс прогрессивной деградации образования. Почему не утихает этот призыв?
Кое-кто объясняет это "ностальгией" [1, с. 5]. Неуместность такого объяснения очевидна, если вспомнить, что первый, кто еще в 1980 г., по свежим следам реформы, призвал вернуться к опыту и учебникам русской школы, был академик Л. С. Понтрягин. Профессионально проанализировав новые учебники, он убедительно, на примерах объяснил, — почему это надо сделать [2, с. 99-112].
Потому что все новые учебники ориентированы на Науку, а точнее, на наукообразие и полностью игнорируют Ученика, психологию его восприятия, которую умели учитывать старые учебники. Именно "высокий теоретический уровень" современных учебников — коренная причина катастрофического падения качества обучения и знаний. Причина эта действует более тридцати лет, не позволяя хоть как-то исправить ситуацию.
Сегодня усваивают математику около 20% учащихся (геометрию — 1%) [3, с. 14], [4, с. 63]. В 40-х годах (сразу после войны!) полноценно усваивали все разделы математики 80% школьников, учившихся "по Киселеву" [3, с. 14]. Это ли не аргумент за его возвращение детям?
В 80-х годах призыв этот был проигнорирован министерством (М. А. Прокофьев) под предлогом, что "надо совершенствовать новые учебники". Сегодня мы видим, что 40 лет "совершенствования" плохих учебников так и не породили хорошего. И не могли породить.
Хороший учебник не "пишется" в один-два года по заказу министерства или для конкурса. Он не будет "написан" даже в десять лет. Он вырабатывается талантливым педагогом-практиком вместе с учащимися в течение всей педагогической жизни (а не профессором математики или академиком за письменным столом).
Педагогический талант редок, — гораздо реже собственно математического (хороших математиков тьма, авторов хороших учебников — единицы). Главное свойство педагогического таланта — способность сочувствия с учеником, которая позволяет правильно понять ход его мысли и причины затруднений. Только при этом субъективном условии могут быть найдены верные методические решения. И они должны быть еще проверены, скорректированы и доведены до результата долгим практическим опытом, — внимательными, педантичными наблюдениями за многочисленными ошибками учащихся, вдумчивым их анализом.
Именно так в течение более сорока лет (первое издание в 1884 г.) создавал свои замечательные, уникальные учебники учитель Воронежского реального училища А. П. Киселев. Его высшей целью было понимание предмета учащимися. И он знал, как эта цель достигается. Поэтому так легко было учиться по его книгам.
Свои педагогические принципы А. П. Киселев выразил очень кратко: "Автор... прежде всего ставил себе целью достигнуть трех качеств хорошего учебника: точности (!) в формулировке и установлении понятий, простоты (!) в рассуждениях и сжатости (!) в изложении" [5, с. 3].
Глубокая педагогическая значительность этих слов как-то теряется за их простотой. Но эти простые слова стоят тысяч современных диссертаций. Давайте вдумаемся.
Современные авторы, следуя наказу А. Н. Колмогорова, стремятся "к более строгому (зачем? — И.К.) с логической стороны построению школьного курса математики" [6, с. 98]. Киселев заботился не о "строгости", а о точности (!) формулировок, которая обеспечивает их правильное понимание, адекватное науке. Точность — это соответствие смыслу. Пресловутая формальная "строгость" ведет к отдалению от смысла и, в конце концов, полностью уничтожает его.
Киселев даже не употребляет слова "логика" и говорит не о "логичных доказательствах", вроде бы неотъемлемо свойственных математике, а о "простых рассуждениях". В них, в этих "рассуждениях", разумеется, присутствует логика, но она занимает подчиненное положение и служит педагогической цели — понятности и убедительности (!) рассуждений для учащегося (а не для академика).
Наконец, сжатость. Обратите внимание, — не краткость, а сжатость! Как тонко чувствовал Андрей Петрович тайный смысл слов! Краткость предполагает сокращение, выбрасывание чего-то, может быть, и существенного. Сжатость — сжимание без потерь. Отсекается только лишнее, — отвлекающее, засоряющее, мешающее сосредоточению на смыслах. Цель краткости — уменьшение объема. Цель сжатости — чистота сути! Этот комплимент в адрес Киселева прозвучал на конференции "Математика и общество" (Дубна) в 2000 г.: "Какая чистота!"
Замечательный Воронежский математик Ю. В. Покорный, "болеющий школой", установил, что методическая архитектура учебников Киселева наиболее согласована с психолого-генетическими законами и формами развития юного интеллекта (Пиаже-Выготский), восходящими к Аристотелевой "лестнице форм души". "Там (в учебнике геометрии Киселева — И.К.), если кто помнит, изначально изложение нацелено на сенсо-моторное мышление (наложим, т.к. отрезки или углы равны, другой конец или другая сторона совпадают и т.д.). Затем отработанные схемы действий, обеспечивающие начальную (по Выготскому и Пиаже) геометрическую интуицию, комбинациями приводят к возможности догадок (инсайту, ага-переживанию). При этом наращивается аргументация в форме силлогизмов. Аксиомы появляются лишь в конце планиметрии, после чего возможны более строгие дедуктивные рассуждения. Не зря в когдатошние времена именно геометрия по Киселеву прививала школьникам навыки формально-логических рассуждений. И делала это достаточно успешно" [7, с. 81-82].
Вот где еще одна тайна чудесной педагогический силы Киселева! Он не только психологически правильно подает каждую тему, но строит свои учебники (от младших классов к старшим) и выбирает методы соответственно возрастным формам мышления и возможностям понимания детей, неторопливо и основательно развивая их. Высший уровень педагогического мышления, недоступный современным дипломированным методистам и преуспевающим авторам учебников.
А теперь хочу поделиться одним личным впечатлением. Преподавая во втузе теорию вероятностей, я всегда испытывал дискомфорт при разъяснении студентам понятий и формул комбинаторики. Студенты не понимали выводов, путались в выборе формул сочетаний, размещений, перестановок. Долго не удавалось внести ясность, пока не осенила мысль обратиться за помощью к Киселеву, — я помнил, что в школе эти вопросы не вызывали никаких затруднений и даже были интересны. Сейчас этот раздел выброшен из программы средней школы, — таким путем Минпрос пытался решить созданную им самим проблему перегрузки. Так вот, прочитав изложение Киселева, я был изумлен, когда нашел у него решение конкретной методической проблемы, которая долго не удавалась мне. Возникла волнующая связь времен и душ, — оказалось, что А. П. Киселев знал о моей проблеме, думал над ней и решил ее давным-давно! Решение состояло в умеренной конкретизации и психологически правильном построении фраз, когда они не только верно отражают суть, а учитывают ход мысли ученика и направляют ее. И надо было изрядно помучиться в многолетнем решении методической задачи, чтобы оценить искусство А. П. Киселева. Очень незаметное, очень тонкое и редкостное педагогическое искусство. Редкостное! Современным ученым педагогам и авторам коммерческих учебников следовало бы заняться исследованиями учебников учителя гимназии А. П. Киселева.
А. М. Абрамов (один из реформаторов-70, — он, по его признанию [8, с. 13], участвовал в написании "Геометрии" Колмогорова) честно признает, что только после многолетнего изучения и анализа учебников Киселева стал немного понимать скрытые педагогические "тайны" этих книг и "глубочайшую педагогическую культуру" их автора, учебники которого — "национальное достояние" (!) России [8, с. 12-13].
И не только России, — в школах Израиля все это время без комплексов пользуются учебниками Киселева. Этот факт подтверждает директор Пушкинского Дома академик Н. Скатов: "Сейчас все чаще специалисты утверждают, что, оказывается, учебник Щербы по русскому языку все-таки перекрывает все новейшие учебники, и, кажется, пока мы (?) бесшабашно (?) предавались математическим экспериментам, умные израильтяне обучали алгебре по нашему хрестоматийному Киселеву." [9, с. 75].
У нас же все время придумываются препятствия. Главный аргумент: "Киселев устарел". Но что это значит?
В науке термин "устарел" применяется к теориям, ошибочность или неполнота которых установлена их дальнейшим развитием. Что же "устарело" у Киселева? Теорема Пифагора или что-то еще из содержания его учебников? Может быть, в эпоху быстродействующих калькуляторов устарели правила действий с числами, которых не знают многие современные выпускники школ (не умеют складывать дроби)?
Наш лучший современный математик, академик В. И. Арнольд почему-то не считает Киселева "устаревшим". Очевидно, в его учебниках нет ничего не верного, не научного в современном смысле. Но есть та высочайшая педагогическая и методическая культура и добросовестность, которые утрачены нашей педагогикой и до которой нам никогда больше не дотянуться. Никогда!
Термин "устарел" — всего лишь лукавый прием, характерный для модернизаторов всех времен. Прием, воздействующий на подсознание. Ничто подлинно ценное не устаревает, — оно вечно. И его не удастся "сбросить с парохода современности", как не удалось сбросить "устаревшего" Пушкина РАППовским модернизаторам русской культуры в 20-х годах. Никогда не устареет, не будет забыт и Киселев.
Другой аргумент: возвращение невозможно из-за изменения программы и слияния тригонометрии с геометрией [10, с. 5]. Довод не убедительный — программу можно еще раз изменить, а тригонометрию разъединить с геометрией и, главное, с алгеброй. Более того, указанное "соединение" (как и соединение алгебры с анализом) является еще одной грубой ошибкой реформаторов-70, оно нарушает фундаментальное методическое правило — трудности разъединять, а не соединять.
Классическое обучение "по Киселеву" предполагало изучение тригонометрических функций и аппарата их преобразований в виде отдельной дисциплины в X классе, а в конце — приложение усвоенного к решению треугольников и к решению стереометрических задач. Последние темы были замечательно методически проработаны с помощью последовательности типовых задач. Стереометрическая задача "по геометрии с применением тригонометрии" была обязательным элементом выпускных экзаменов на аттестат зрелости. Учащиеся хорошо справлялись с этими задачами. А сегодня? Абитуриенты МГУ не могут решить простую планиметрическую задачу!
Наконец, еще один убийственный аргумент, — "у Киселева есть ошибки" (проф. Н. X. Розов). Интересно, какие же? Оказывается, — пропуски логических шагов в доказательствах.
Но это же не ошибки, это сознательные, педагогически оправданные пропуски, облегчающие понимание. Это — классический методический принцип русской педагогики: "не следует стремиться сразу к строго логическому обоснованию того или иного математического факта. Для школы вполне приемлемы "логические скачки через интуицию", обеспечивающие необходимую доступность учебного материала" (из выступления видного методиста Д. Мордухай-Болтовского на Втором Всероссийском съезде преподавателей математики в 1913 г).
Модернизаторы-70 заменили этот принцип антипедагогическим псевдонаучным принципом "строгого" изложения. Именно он уничтожил методику, породил непонимание и отвращение учащихся к математике. Приведу пример педагогических уродств, к которым ведет этот принцип.
Вспоминает старый новочеркасский учитель В. К. Совайленко. "25 августа 1977 г. проходило заседание УМСа МП СССР, на котором академик А. Н. Колмогоров анализировал учебники математики с 4-го по 10-й классы и рассмотрение каждого учебника заканчивал фразой: "После некоторой корректировки это будет прекрасный учебник, и если вы правильно понимаете этот вопрос, то вы одобрите этот учебник". Присутствовавший на заседании учитель из Казани с сожалением сказал рядом сидящим: "Это же надо, гений в математике — профан в педагогике. Он не понимает, что это не учебники, а уроды, и он их хвалит". В прениях выступил московский учитель Вайцман: "я прочитаю из действующего учебника геометрии определение многогранника". Колмогоров, выслушав определение, сказал: "Верно, все верно!". Учитель ему ответил: "В научном отношении все верно, а в педагогическом — вопиющая безграмотность. Это определение напечатано жирным шрифтом, значит, для обязательного заучивания, и занимает полстраницы. Так разве суть школьной математики в том, чтобы миллионы школьников зубрили определения в полстраницы учебника? В то время, как у Киселева это определение дано для выпуклого многогранника и занимает менее двух строк. Это и научно, и педагогически грамотно." О том же говорили в своих выступлениях и другие учителя. Подводя итоги, A. Н. Колмогоров сказал: "К сожалению, как и прежде, продолжалось ненужное критиканство вместо делового разговора. Вы меня не поддержали. Но это не имеет значения, т. к. я договорился с министром Прокофьевым и он меня полностью поддерживает." Данный факт изложен B. К. Совайленко в официальном письме в адрес ФЭС от 25.09.1994 г.
Еще один интересный пример профанации педагогики специалистами-математиками. Пример, неожиданно приоткрывший одну поистине "тайну" Киселевских книг. Лет десять назад присутствовал я на лекции крупного нашего математика. Лекция посвящалась школьной математике. В конце задал лектору вопрос, — как он относится к учебникам Киселева? Ответ: "Учебники хорошие, но они устарели". Ответ банален, но интересно было продолжение, — в качестве примера лектор нарисовал Киселевский чертеж к признаку параллельности двух плоскостей. На этом чертеже плоскости резко изгибались для того, чтобы пересечься. И я подумал: "Действительно, какой нелепый чертеж! Нарисовано то, чего быть не может!" И вдруг отчетливо вспомнил подлинный чертеж и даже его положение на странице (внизу-слева) в учебнике, по которому учился почти сорок лет назад. И почувствовал связанное с чертежем ощущение мускульного напряжения, — будто пытаюсь насильственно соединить две непересекающиеся плоскости. Сама-собой возникла из памяти четкая формулировка: "Если две пересекающиеся прямые "одной плоскости параллельны -..", а вслед за ней и все короткое доказательство "от противного". Я был потрясен. Оказывается, Киселев запечатлел в моем сознании этот осмысленный математический факт навечно (!).
Наконец, пример непревзойденного искусства Киселева сравнительно с современными авторами. Держу в руках учебник для 9-го класса "Алгебра-9", изданный в 1990 году. Автор — Ю. Н. Макарычев и К0, и между прочим, именно учебники Макарычева, а также Виленкина, приводил в качестве примера "недоброкачественных, ... безграмотно выполненных" Л. С. Понтрягин [2, с. 106]. Первые страницы: §1. "Функция. Область определения и область значений функции". В заголовке указана цель — разъяснить ученику три взаимосвязанных математических понятия. Как же решается эта педагогическая задача? Вначале даются формальные определения, потом множество разношерстных абстрактных примеров, затем множество хаотичных упражнений, не имеющих рациональной педагогической цели. Налицо перегрузка и абстрактность. Изложение занимает семь страниц. Форма изложения, когда начинают с невесть откуда взявшихся "строгих" определений и затем "иллюстрируют" их примерами, трафаретна для современных научных монографий и статей.
Сравним изложение той же темы А. П. Киселевым (Алгебра, ч. 2. М.: Учпедгиз. 1957). Методика обратная. Начинается тема с двух примеров — бытового и геометрического, эти примеры хорошо знакомы ученику. Примеры подаются так, что естественно приводят к понятиям переменной величины, аргумента и функции. После этого даются определения и еще 4 примера с очень краткими пояснениями, их цель — проверить понимание ученика, придать ему уверенности. Последние примеры тоже близки ученику, они взяты из геометрии и школьной физики. Изложение занимает две (!) страницы. Ни перегрузки, ни абстрактности! Пример "психологического изложения", по выражению Ф. Клейна. Показательно сравнение объемов книг. Учебник Макарычева для 9 класса содержит 223 страницы (без учета исторических сведений и ответов). Учебник Киселева содержит 224 страницы, но рассчитан на три года обучения — для 8-10 классов. Объем увеличился в три раза!
Сегодня очередные реформаторы стремятся уменьшить перегрузку и "гуманизировать" обучение, якобы заботясь о здоровье школьников. Слова, слова... На самом же деле, вместо того, чтобы сделать математику понятной, они уничтожают ее основное содержание. Сначала, в 70-х гг. "подняли теоретический уровень", подорвав психику детей, а теперь "опускают" этот уровень примитивным методом выбрасывания "ненужных" разделов (логарифмы, геометрия и др.) и сокращением учебных часов [11, с. 39-44].
Подлинной гуманизацией было бы именно возвращение к Киселеву. Он сделал бы математику вновь понятной детям и любимой. И этому есть прецедент в нашей истории: в начале 30-х годов прошлого века "устаревший" "дореволюционный" Киселев, возвращенный "социалистическим" детям, мгновенно поднял качество знаний и оздоровил их психику. И, может быть, помог одержать победу в Великой войне.
Главным препятствием являются не аргументы, а кланы, контролирующие Федеральный комплект учебников и выгодно размножающие свою учебную продукцию. Такие деятели "народного просвещения", как недавний председатель ФЭС Г. В. Дорофеев, который поставил свое имя уже, наверное, на сотне учебных книг, выпущенных "Дрофой", Л. Г. Петерсон [12, с. 102-106], И. И. Аргинская, Е. П. Бененсон, А. В. Шевкин (см. сайт "www.shevkin.ru"), и пр., и пр. Оцените, к примеру, современный педагогический шедевр, нацеленный на "развитие" третьеклассника:
"Задача 329. Для определения значений трех сложных выражений учеником выполнены такие действия: 320-3, 318+507, 169-3, 248:4, 256+248, 231-3, 960-295, 62+169, 504:4, 256+62, 126+169, 256+693. 1. Выполни все указанные действия. 2. Восстанови сложные выражения, если одно из действий встречается в двух из них (??). 3. Предложи свое продолжение задания." [13].
Но Киселев вернется! В разных городах уже есть учителя, которые работают "по Киселеву". Начинают издаваться его учебники. Возвращение незримо грядет! И вспоминаются слова: "Да здравствует солнце! Да скроется тьма!"
Литература
1. Математика (приложение к газете "Первое сентября"). 1999, №11.
2. Понтрягин Л. С. О математике и качестве ее преподавания // Коммунист. 1980, №14.
3. Учительская газета. 2001, №44.
4. Математика в школе. 2002, №2.
5. Орловский университет. 2002, №7.
6. На путях обновления школьного курса математики. М.; Просвещение, 1978.
7. Покорный Ю. В. Унижение математикой. Воронеж, 2006.
8. Учительская газета. 1994, №6.
9. Математика в школе. 2003, №2. [10] Математика в школе. 2000, №1. [11] Образование, которое мы можем потерять. М. 2002, с. 39-44.
Cтатья печатается в журнале "Математическое образование"
пятница, 9 июля 2010 г.
Бенджамин Франклин
«Приблизительно в это время (1730 г.) я замыслил смелый и трудный план достижения морального совершенства. Я желал жить, никогда не совершая никаких ошибок, победить все, к чему могли меня толкнуть естественные склонности, привычки или общество. Так как я знал — или думал, что знаю, — что хорошо и что плохо, то я не видел причины, почему бы мне всегда не следовать одному и не избегать другого. Но вскоре я обнаружил, что поставил перед собой гораздо более сложную задачу, чем предполагал вначале. В то время как мое внимание было занято тем, как бы избежать одной ошибки, я часто неожиданно совершал другую; укоренившаяся привычка проявлялась, пользуясь моей невнимательностью; склонность оказывалась иногда сильнее разума. Наконец, я пришел к выводу, что простого разумного убеждения в том, что для нас самих лучше всего быть совершенно добродетельными, недостаточно, чтобы предохранить нас от промахов, и что прежде, чем мы добьемся от себя устойчивого, постоянно нравственного поведения, мы должны искоренить в себе вредные привычки. Для этой цели я выработал следующий методѕ я обозначил тринадцатью именами все те добродетели, которые казались мне в то время необходимыми и желательными, связав с каждым именем краткое наставление, которое полностью выражало объем каждого понятия.
Вот названия этих добродетелей с соответствующими наставлениями.
1. Воздержание. — Есть не до пресыщения, пить не до опьянения.
2. Молчание. — Говорить только то, что может принести пользу мне или другому; избегать пустых разговоров.
3. Порядок. — Держать все свои вещи на их местах; для каждого занятия иметь свое время.
4. Решительность. — Решаться выполнять то, что должно сделать; неукоснительно выполнять то, что решено.
5. Бережливость. — Тратить деньги только на то, что приносит благо мне или другим, то есть ничего не расточать.
6. Трудолюбие. — Не терять времени попусту; быть всегда занятым чем-либо полезным; отказываться от всех ненужных действий.
7. Искренность. — Не причинять вредного обмана, иметь чистые и справедливые мысли; в разговоре также придерживаться этого правила.
8. Справедливость. — Не причинять никому вреда; не совершать несправедливостей и не опускать добрых дел, которые входят в число твоих обязанностей.
9. Умеренность. — Избегать крайностей; сдерживать, насколько ты считаешь это уместным, чувство обиды от несправедливостей.
10. Чистота. — Не допускать телесной нечистоты; соблюдать опрятность в одежде и в жилище.
11. Спокойствие. — Не волноваться по пустякам и по поводу обычных или неизбежных случаев.
12. Целомудрие. — Будь целомудрен в мыслях, управляй своими инстинктами.
13. Скромность. — Подражай Иисусу и Сократу.
Сознавая в соответствии с советом Пифагора, высказанным в его замечательных стихах, необходимость ежедневного самоконтроля, я придумал следующий метод для его осуществления. Я завел книжечку, в которой выделил для каждой добродетели по странице. Каждую страницу я разлиновал красными чернилами так, что получилось семь столбиков по числу дней недели; каждый столбик отмечался начальными буквами соответствующего дня недели. Затем я провел тринадцать горизонтальных линий и обозначил начало каждой строки первыми буквами названия одной из добродетелей. Таким образом, на каждой строке в соответствующем столбике я мог по надлежащей проверке отмечать маленькой черной точкой каждый случай нарушения соответствующей добродетели в течение того дня.
Я решил уделять в течение недели строгое внимание приобретению каждого из этих навыков в указанной последовательности. Таким образом, в первую неделю моя главная забота состояла в том, чтобы избегать самого малого нарушения воздержания; другие же добродетели оставлялись на волю случая, я только отмечал каждый вечер промахи, сделанные в течение дня. Если на протяжении первой недели мне удавалось сохранить первую строку, отмеченную буквой «В», чистой от точек, я заключал, что навык в этой добродетели настолько укрепился, а противоположный навык настолько ослаблен, что я могу отважиться расширить свое внимание и включить в его сферу вторую добродетель, чтобы в течение следующей недели держать свободными от точек обе строчки. Продолжая так вплоть до последней добродетели, я мог проделать полный курс в течение тринадцати недель, а за год пройти четыре таких курса. Я решил поступать подобно человеку, который, желая выполоть свой огород, не пытается сразу уничтожить всю сорную траву, что превосходило бы его возможности и силы, а трудится одновременно только на одной грядке и переходит ко второй лишь после того, как очистит первую.
Я хотел бы, чтобы мои потомки знали, что именно этому маленькому изобретению, с божьего благословения, обязан их предок постоянным счастьем своей жизни вплоть до настоящего времени, когда он пишет эти строки в возрасте семидесяти девяти лет.
Вот названия этих добродетелей с соответствующими наставлениями.
1. Воздержание. — Есть не до пресыщения, пить не до опьянения.
2. Молчание. — Говорить только то, что может принести пользу мне или другому; избегать пустых разговоров.
3. Порядок. — Держать все свои вещи на их местах; для каждого занятия иметь свое время.
4. Решительность. — Решаться выполнять то, что должно сделать; неукоснительно выполнять то, что решено.
5. Бережливость. — Тратить деньги только на то, что приносит благо мне или другим, то есть ничего не расточать.
6. Трудолюбие. — Не терять времени попусту; быть всегда занятым чем-либо полезным; отказываться от всех ненужных действий.
7. Искренность. — Не причинять вредного обмана, иметь чистые и справедливые мысли; в разговоре также придерживаться этого правила.
8. Справедливость. — Не причинять никому вреда; не совершать несправедливостей и не опускать добрых дел, которые входят в число твоих обязанностей.
9. Умеренность. — Избегать крайностей; сдерживать, насколько ты считаешь это уместным, чувство обиды от несправедливостей.
10. Чистота. — Не допускать телесной нечистоты; соблюдать опрятность в одежде и в жилище.
11. Спокойствие. — Не волноваться по пустякам и по поводу обычных или неизбежных случаев.
12. Целомудрие. — Будь целомудрен в мыслях, управляй своими инстинктами.
13. Скромность. — Подражай Иисусу и Сократу.
Сознавая в соответствии с советом Пифагора, высказанным в его замечательных стихах, необходимость ежедневного самоконтроля, я придумал следующий метод для его осуществления. Я завел книжечку, в которой выделил для каждой добродетели по странице. Каждую страницу я разлиновал красными чернилами так, что получилось семь столбиков по числу дней недели; каждый столбик отмечался начальными буквами соответствующего дня недели. Затем я провел тринадцать горизонтальных линий и обозначил начало каждой строки первыми буквами названия одной из добродетелей. Таким образом, на каждой строке в соответствующем столбике я мог по надлежащей проверке отмечать маленькой черной точкой каждый случай нарушения соответствующей добродетели в течение того дня.
Я решил уделять в течение недели строгое внимание приобретению каждого из этих навыков в указанной последовательности. Таким образом, в первую неделю моя главная забота состояла в том, чтобы избегать самого малого нарушения воздержания; другие же добродетели оставлялись на волю случая, я только отмечал каждый вечер промахи, сделанные в течение дня. Если на протяжении первой недели мне удавалось сохранить первую строку, отмеченную буквой «В», чистой от точек, я заключал, что навык в этой добродетели настолько укрепился, а противоположный навык настолько ослаблен, что я могу отважиться расширить свое внимание и включить в его сферу вторую добродетель, чтобы в течение следующей недели держать свободными от точек обе строчки. Продолжая так вплоть до последней добродетели, я мог проделать полный курс в течение тринадцати недель, а за год пройти четыре таких курса. Я решил поступать подобно человеку, который, желая выполоть свой огород, не пытается сразу уничтожить всю сорную траву, что превосходило бы его возможности и силы, а трудится одновременно только на одной грядке и переходит ко второй лишь после того, как очистит первую.
Я хотел бы, чтобы мои потомки знали, что именно этому маленькому изобретению, с божьего благословения, обязан их предок постоянным счастьем своей жизни вплоть до настоящего времени, когда он пишет эти строки в возрасте семидесяти девяти лет.
среда, 7 июля 2010 г.
http://slon.ru/articles/420240/
Перестаньте смазывать гильотину!
Сооснователь и бывший глава Intel Энди Гроув о том, почему офшоры вредны, а США могут утратить свою инновационную экономику 13
Недавно за обедом в ресторанчике в Пало-Альто один мой знакомый представил мне своих компаньонов – трех молодых венчурных капиталистов из Китая. С завидным энтузиазмом они рассказывали, что путешествуют по «Кремниевой долине» в поисках многообещающих фирм. Я давно живу в «Долине» и поэтому обычно испытываю прилив гордости, когда вижу, насколько привлекательным стал наш район для международных инвесторов.
На этот раз все было по-другому. Я ушел из ресторана, чувствуя себя не в своей тарелке. Что-то не складывалось. Безработица в густонаселенном высокотехнологичными компаниями прибрежном районе Сан-Франциско превышает средний по стране уровень 9,7%. Очевидно, что инновационная машина «Кремниевой долины» в последние годы была неспособна обеспечивать занятость, если только не считать Азию, где американские ИТ-компании в течение многих лет бешеными темпами создавали новые рабочие места.
Причина – не только в дешевизне производства в Азии. Все дело в том, что мы слишком верим в способность стартапов дать новые рабочие места в США. Американцам нравится думать, что в гараже можно изобрести нечто, могущее изменить мир. Колумнист New York Times Томас Фридман недавно изложил эту точку зрения в статье под названием «Нам нужны стартапы, а не спасение от банкротства». Он утверждает, что пора позволить старым компаниям в обрабатывающем секторе промышленности умереть, если этого требует ситуация. Вашингтону, если он и впрямь думает бороться с безработицей, следует поддерживать стартапы.
МИФ О ГАРАЖНЫХ ГЕНИЯХ
Фридман ошибается. Стартапы – вещь замечательная, но сами по себе они не могут повысить занятость в технологическом секторе. Не менее важно то, что следует за мифическим моментом изобретения в гараже: это процесс превращения опытного образца в продукт массового производства. На этом этапе компании обычно начинают увеличивать масштабы производства. Они думают, как сократить его стоимость, работают над дизайном, строят фабрики и тысячами нанимают новых сотрудников. Наращивание объемов производства – сложная задача, но без него инновациям грош цена.
В Соединенных Штатах компании больше не наращивают масштабы производства. И пока ситуация не изменится, вложения в молодые компании, которые строят фабрики за рубежом, не дадут Америке новых рабочих мест.
До сих пор в «Кремниевой долине» компании без труда наращивали масштабы производства. Предприниматели предлагали изобретения. Инвесторы давали им денег под развитие бизнеса. Если инвесторам и основателям бизнеса везло, компания вырастала и проводила IPO, что давало ей возможность привлечь средства под дальнейшее развитие.
INTEL КАК СТАРТАП
Мне посчастливилось стать участником подобного стартапа. В 1968 году два известных специалиста в области технологий вместе с друзьями-инвесторами вложили $3 млн в создание компании Intel, производящей чипы памяти для компьютеров. С самого начала мы были вынуждены думать, как производить микросхемы в больших объемах. Нам предстояло построить заводы, нанять, обучить и удержать персонал, установить связи с поставщиками и решить тысячи других задач, чтобы превратить Intel в компанию стоимостью в миллиард долларов. Три года спустя Intel провел листинг на фондовой бирже и стал одним из крупнейших в мире технологических концернов. К 1980 году, когда с момента IPO прошло десять лет, на Intel в США работали около 13 000 человек.
Неподалеку от головного офиса Intel в калифорнийском городе Санта-Клара росли и развивались другие компании. Tandem Computers прошел те же фазы в развитии, что и Intel, за ним последовали Sun Microsystems, Cisco Systems, Netscape Communications и так далее. Некоторые компании обанкротились либо были поглощены конкурентами, но выжившие образовали сложную технологическую экосистему, получившую в итоге название «Кремниевой долины».
Время шло, в США росли зарплаты и соцпакеты, в то время как Китай стал открытой страной. Американские компании обнаружили, что производство и даже инжиниринг дешевле за рубежом. Сказано, сделано. Рентабельность стала расти. Руководство было в восторге, акционеры тоже. Компании продолжали прибавлять в размере, прибыли не отставали. Однако машина по созданию новых рабочих мест застопорилась.
США ИЛИ КИТАЙ?
В настоящее время в производстве компьютеров в США заняты около 166 000 человек, что меньше, чем было до сборки первого персонального компа MITS Altair 2800 в 1975 году. Тем временем в Азии возникло чрезвычайно эффективное компьютерное производство, в котором занято приблизительно 1,5 миллиона человек – рабочих, инженеров и менеджеров.
Крупнейшая такая компания – Hon Hai Precision Industry Co., известная также под названием Foxconn. Компания стала расти невероятными темпами, сначала на Тайване, а затем в Китае. В прошлом году она выручила $62 миллиарда – больше, чем Apple Inc., Microsoft Corp., Dell Inc. или Intel. На заводах Foxconn работают более 800 000 человек, что превышает суммарную занятость на всех фабриках Apple, Dell, Microsoft, Hewlett-Packard Co., Intel и Sony Corp во всем мире.
10/1
До недавней серии самоубийств на гигантской фабрике Foxconn, расположенной в китайском городе Шэньчжэнь, лишь немногие американцы слышали об этой компании. Однако большинство знакомо с продукцией Foxconn: на заводах этой компании выпускаются компьютеры для Dell и HP, сотовые телефоны Oyj для Nokia, игровые консоли Xbox 360 для Microsoft, материнские платы для Intel и бесчисленное множество других известных гаджетов. Около 250 000 сотрудников Foxconn на юге Китая выпускают продукцию Apple. В то же время в США на заводах Apple работают около 25 000 человек. Это означает, что на каждого американского рабочего Apple приходится 10 человек в Китае, занятых на производстве компьютеров iMac, приставок iPod и сотовых телефонов iPhone. То же соотношение 10/1 наблюдается у Dell, производителя дисководов Seagate Technology и других американских технологических компаний.
Вы можете возразить, что перенос производства за рубеж не так уж страшен, поскольку требующие высокой квалификации рабочие места и большая часть прибыли остаются в США. Вполне возможно, что так. Но что это будет за общество, если оно будет состоять из высокооплачиваемых, высококвалифицированных работников и огромного числа безработных?
По сравнению с моментом зарождения бизнеса в «Кремниевой долине» сейчас резко возросли инвестиции в высокотехнологичные компании, но число вновь созданных рабочих мест сократилось. Проще говоря, США теперь на редкость неэффективно создают рабочие места для инженеров и ИТ-специалистов на своей территории. Возможно, мы не осознаем этот рост неэффективности, поскольку в течение последних нескольких десятилетий добились впечатляющих успехов в создании рабочих мест. Это помогает нам скрывать тот факт, что на создание каждого рабочего места уходит все больше и больше средств.
ТРАГИЧЕСКАЯ ОШИБКА
Стоит ли сидеть сложа руки, когда первые признаки ухудшения уже налицо? Думаю, что мы допустим трагическую ошибку, если не будем действовать быстро и решительно и упустим единственный оставшийся у нас шанс исправить ситуацию.
А ситуация ухудшается на глазах. Об этом говорит простой подсчет: оценка эффективности расходов компании при создании рабочих мест. Для начала возьмем первоначальные инвестиции плюс инвестиции во время IPO. Затем разделим полученную цифру на число работников, занятых в компании 10 лет спустя. Для Intel этот показатель составляет около $650 на одно рабочее место, или $3600 с учетом инфляции. National Semiconductor, другой производитель микросхем, еще более эффективен: у него $2000 на одно рабочее место.
Произведем подобные вычисления для ряда других компаний «Кремниевой долины». Результат позволяет сделать вывод, что стоимость создания новых рабочих мест в США увеличилась с нескольких тысяч долларов на одну позицию в ранние годы до $100 000 сейчас. Причина очень проста: компании нанимают меньшее количество работников, поскольку работа все больше перепоручается зарубежным фирмам, работающим по контракту, особенно в Азии.
АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ЭНЕРГИИ
Сбой машины по производству новых рабочих мест произошел не только в компьютерной отрасли. Вспомним об альтернативных источниках энергии – новой и инновационной отрасли. Например, фотоэлектрика – чисто американское изобретение. Кроме того, США первыми стали использовать в бытовой технике устройства для преобразования солнечной энергии в электричество.
В прошлом году я решил внести свой вклад в дело сохранения энергии и оборудовал свой дом солнечными батареями. Мы с женой провели переговоры с четырьмя фирмами, расположенными в нашем штате. В ходе нашей «комплексной экспертизы» я решил узнать, где произведены фотоэлектрические панели – главный компонент системы. Все панели были привезены из Китая. Одна компания из «Кремниевой долины» продает оборудование, используемое обычно для изготовления фотоактивной пленки. Они поставляют в Китай почти в десять раз больше машин, чем производителям в США, и разрыв только растет. Неудивительно, что на производстве фотоактивной пленки и панелей в США заняты где-то 10 000 человек – всего несколько процентов от мировой занятости в этой сфере.
БАТАРЕИ НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ
На кон поставлено куда больше, чем просто уплывающие за рубеж рабочие места. За границу выводится фаза массового производства и даже разработка некоторых технологий. Возьмем батареи нового поколения. Работа над ними заняла долгие годы и часто не давала результатов, однако вскоре мы увидим, как с конвейера сходят электрические автомобили и грузовики. Все они работают на ионно-литиевых батареях. Эти батареи приблизительно столь же значимы для электромобилей, сколь важны микропроцессоры для компьютеров. В отличие от микропроцессоров, доля США в мировом производстве ионно-литиевых батарей ничтожна.
В этом и заключается проблема. Новой отрасли нужна эффективная экосистема, в которой аккумулируются технологические ноу-хау, накапливается опыт, устанавливаются тесные связи между производителями и клиентами. США утратили лидерство в производстве батарей 30 лет назад, когда перестали изготавливать потребительскую электронику. Всем производителям батарей, без исключения, пришлось переучиваться и устанавливать новые связи с тем, чтобы соответствовать повышенным требованиям рынка ноутбуков. После этого им предстояло подстроиться под еще более требовательный автомобильный рынок. Американские компании не участвовали в первой стадии и, соответственно, впоследствии оказались за бортом. Сомневаюсь, что когда-нибудь они смогут догнать конкурентов.
НОВЫЕ РАБОЧИЕ МЕСТА
Наращивание объемов производства – непростая задача. Для него требуется гораздо больше средств, чем на разработку нового прибора, причем средства следует вкладывать на самых ранних стадиях, когда еще сложно представить себе потенциальный рынок. Приведу еще один пример из истории Intel: чтобы построить завод по производству полупроводниковых микросхем, в 1970-е годы достаточно было нескольких миллионов долларов. К началу 1990-х годов стоимость фабрики, способной в массовых объемах производить новые чипы Pentium, выросла до нескольких миллиардов долларов. Решения о строительстве заводов принимались за много лет до того, как мы поняли, что чипы Pentium будут работать, а рынок проявит к ним интерес.
Мы научились на собственных ошибках. Ранее, когда Intel производил только микросхемы памяти, мы побоялись нарастить производственные мощности, будучи не уверены, что спрос на нашу продукцию будет расти. Наши японские конкуренты не побоялись построить новые заводы. Когда спрос на карты памяти резко возрос, японцы ворвались на американский рынок, а Intel пришлось сдать позиции.
ОПЫТ INTEL
За долгие годы работы я закалил свой характер, но до сих пор не могу забыть, как боялся просить членов совета директоров Intel выделить миллиарды долларов на строительство фабрик для выпуска продукции, о которой рынок ничего тогда не знал, а емкость этого рынка невозможно было себе представить. По счастью, члены совета, судорожно сглотнув, сказали «да». Их ставка оказалась оправданной.
Я рассказываю об этом не для того, чтобы подчеркнуть блестящие успехи Intel. Компания была основана в то время, когда наращивать объемы производства было выгоднее в Америке. А Китай тогда был закрыт для бизнеса. Что еще важнее, Соединенные Штаты тогда еще не забыли, как важно для экономики дать компаниям расширять производство.
Как могли они забыть об этом? Я думаю, что ответ кроется в общей недооценке значимости производства: якобы для США неважно, что будет с рабочими местами на заводах и фабриках, пока страну не покинули изобретатели новых технологий. В распространении подобных идей виновны не только журналисты.
ОФШОРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
Прислушайтесь к тому, что пишет профессор экономики Принстонского университета Алан Блайндер: «Соединенные Штаты первыми начали производить телевизоры, и на этом производстве в какой-то момент были заняты очень многие американцы. Но когда телевизоры стали обычным массовым товаром, их производство было вынесено за границу – в те страны, где зарплаты были существенно ниже. А сейчас в США вообще не производится телевизоров. Стоит ли видеть в этом неудачу? Нет, это успех».
Позволю себе не согласиться с профессором. Мы не только потеряли бессчетное количество рабочих мест, мы нарушили преемственность опыта, столь важную для эволюции в области технологий. Если сегодня отказаться от производства потребительских товаров, завтра можно оказаться за бортом новой отрасли. Именно это и произошло в случае с батареями.
В экономике мы исходим из убеждения (оно было основано на реальном опыте, но с течением времени превратилось в трюизм), что свободный рынок является наилучшей из систем: чем свободнее, тем лучше. Наше поколение наблюдало, как либеральные принципы одержали решающую победу над плановой экономикой. Мы верны этим принципам и не замечаем того, что, несмотря на победу свободных рынков над плановой экономикой, следовало бы оставить простор для экспериментов: модификация нашей системы могла бы сделать ее еще лучше.
ЦЕЛЬ НОМЕР ОДИН
Свидетельство тому – успех отдельных азиатских стран в течение последних нескольких десятилетий. Эти страны поняли, что первоочередной задачей государственной экономической политики является рост занятости. Правительство играет стратегическую роль в определении приоритетов, расстановке сил и распределении ресурсов для достижения этой цели.
Стремительный рост азиатских экономик доказывает эту истину. В фундаментальном труде, посвященном развитию промышленности в Восточной Азии, профессор Лондонской школы экономики Роберт Уэйд пишет, что в 1970–1980-х годах эти страны добились беспрецедентного экономического роста во многом благодаря активной роли государства в определении контрольных ориентиров для обрабатывающей промышленности.
Вспомним о «Золотых проектах» – о целом ряде инициатив в области развития цифровых технологий, выдвинутых китайским правительством в конце 1980-х и в 1990-е годы. Пекин верил, что для создания новых рабочих мест, особенно в отсталых регионах, необходимо развивать электронные сети, которые применяются для коммерческих операций, коммуникаций и координации работ. Как следствие, «Золотые проекты» получили приоритетное финансирование. Со временем они внесли огромный вклад в быстрое развитие информационной инфраструктуры в КНР и рост китайской экономики.
В ЦЕНТРЕ ЭКОНОМИКИ – РАБОЧИЕ МЕСТА
Как нам воспользоваться опытом азиатских стран? В долгосрочной перспективе нам потребуется экономическая теория, выстроенная вокруг создания новых рабочих мест, и соответствующее руководство, которое направит наши планы и действия в нужное русло. А пока послушайте бывшего фабричного парня.
«Кремниевая долина» – это сообщество с мощной традицией инжиниринга, а инженеры – особая порода людей. Они стремятся решить любую проблему. Если проблема заключается в извлечении прибыли, мы концентрируемся на прибыли. Любая компания исходит из индивидуалистических целей и делает все возможное для успешного расширения и роста рентабельности. Однако наша поглощенность собственным бизнесом, заставляющая нас выводить производство и солидную часть инжиниринга за рубеж, мешает нам наладить массовый выпуск новинок у себя на родине. Отказавшись от массового производства, мы не просто теряем рабочие места – мы теряем контроль над новыми технологиями. Утрата производственных навыков, в итоге, скажется на нашем умении изобретать.
СЛОМАННАЯ ГИЛЬОТИНА
Мне вспомнилась история про инженера, которого приговорили к казни на гильотине. Нож гильотины застрял. Согласно обычаю, если лезвие не падало, осужденного на смерть отпускали на свободу. Однако инженер не стал дожидаться, когда его освободят: он с энтузиазмом показал на заржавевший блок гильотины и велел палачу смазать его маслом. Итог: инженеру отрубили голову.
Мы оказались в непростой ситуации вследствие того, что многие из нас не видели ничего, кроме стоящих перед их компаниями текущих целей. Вот яркий тому пример. Пять лет назад мой друг стал партнером одного крупного венчурного фонда и отвечал за выполнение «китайской стратегии» во всех финансируемых их компанией проектах: иными словами, за то, чтобы как можно больше рабочих мест было выведено в Китай. Он ходил вокруг гильотины с банкой в руках, все время смазывая ее маслом. Нам пора побросать эти банки с маслом. Венчурным компаниям пора ввести должность партнера «по американской стратегии» для каждого стартапа.
ФИНАНСОВЫЕ СТИМУЛЫ
Первым делом надо пересмотреть принципы финансирования промышленности. Нам следует разработать систему финансовой помощи, а именно: ввести дополнительную пошлину на произведенные за границей товары (если это повлечет за собой торговую войну, будем сражаться за победу, как на любой другой войне). Вырученные деньги должны быть вложены в отдельный фонд. Назовем его, к примеру, Банком развития промышленности США. Депонированные там средства должны быть доступны для любой компании, планирующей налаживать массовое производство на американской территории. Такая система будет ежедневно напоминать предпринимателям о том, что, преследуя цели своей компании, они не должны забывать об ответственности за сохранение промышленной базы страны: от нее зависит жизнеспособность и стабильность нашего общества. Нельзя воспринимать эту стабильность как нечто само собой разумеющееся.
Я бежал из Венгрии в 1956 году и приехал в США, будучи совсем молодым человеком. Я вырос в соцлагере и своими глазами видел, какую опасность представляют произвол властей и расслоение общества. Большинство американцев не могут себе представить, что было время, когда на Пенсильвания-авеню в Вашингтоне стояли танки и кавалерия, чтобы разгонять безработных. Это было в 1932 году; тысячи безработных ветеранов вышли на демонстрацию у Белого дома. Солдаты пристегнули штыки и зарядили винтовки боевыми патронами, чтобы оттеснить ветеранов от президентской резиденции. И это было в Америке! Безработица разъедает общество. Если я кажусь вам протекционистом, пусть так оно будет.
ПРОСТОЙ ВЫБОР
В ресторанчике в Пало-Альто, где я познакомился с китайскими венчурными инвесторами, каждый день обедают менеджеры высокотехнологичных компаний и предприниматели. Со многими из них я дружу. Я знаю, что им приходится решать сложные технологические задачи, что на них давят совет директоров и акционеры. Разве можно ожидать, что они возьмут на себя дополнительное обязательство – работать во имя некоего, трудно поддающегося определению сообщества, состоящего из компаний, работающих в них людей, и тех, кто будет нанят в будущем? Надеяться на это было бы в высшей степени наивно. Однако перемены неизбежны, а выбор прост. Если мы хотим оставаться крупнейшей экономикой мира, нам нужно изменяться по собственному почину – или нам снова навяжут перемены.
Перестаньте смазывать гильотину!
Сооснователь и бывший глава Intel Энди Гроув о том, почему офшоры вредны, а США могут утратить свою инновационную экономику 13
Недавно за обедом в ресторанчике в Пало-Альто один мой знакомый представил мне своих компаньонов – трех молодых венчурных капиталистов из Китая. С завидным энтузиазмом они рассказывали, что путешествуют по «Кремниевой долине» в поисках многообещающих фирм. Я давно живу в «Долине» и поэтому обычно испытываю прилив гордости, когда вижу, насколько привлекательным стал наш район для международных инвесторов.
На этот раз все было по-другому. Я ушел из ресторана, чувствуя себя не в своей тарелке. Что-то не складывалось. Безработица в густонаселенном высокотехнологичными компаниями прибрежном районе Сан-Франциско превышает средний по стране уровень 9,7%. Очевидно, что инновационная машина «Кремниевой долины» в последние годы была неспособна обеспечивать занятость, если только не считать Азию, где американские ИТ-компании в течение многих лет бешеными темпами создавали новые рабочие места.
Причина – не только в дешевизне производства в Азии. Все дело в том, что мы слишком верим в способность стартапов дать новые рабочие места в США. Американцам нравится думать, что в гараже можно изобрести нечто, могущее изменить мир. Колумнист New York Times Томас Фридман недавно изложил эту точку зрения в статье под названием «Нам нужны стартапы, а не спасение от банкротства». Он утверждает, что пора позволить старым компаниям в обрабатывающем секторе промышленности умереть, если этого требует ситуация. Вашингтону, если он и впрямь думает бороться с безработицей, следует поддерживать стартапы.
МИФ О ГАРАЖНЫХ ГЕНИЯХ
Фридман ошибается. Стартапы – вещь замечательная, но сами по себе они не могут повысить занятость в технологическом секторе. Не менее важно то, что следует за мифическим моментом изобретения в гараже: это процесс превращения опытного образца в продукт массового производства. На этом этапе компании обычно начинают увеличивать масштабы производства. Они думают, как сократить его стоимость, работают над дизайном, строят фабрики и тысячами нанимают новых сотрудников. Наращивание объемов производства – сложная задача, но без него инновациям грош цена.
В Соединенных Штатах компании больше не наращивают масштабы производства. И пока ситуация не изменится, вложения в молодые компании, которые строят фабрики за рубежом, не дадут Америке новых рабочих мест.
До сих пор в «Кремниевой долине» компании без труда наращивали масштабы производства. Предприниматели предлагали изобретения. Инвесторы давали им денег под развитие бизнеса. Если инвесторам и основателям бизнеса везло, компания вырастала и проводила IPO, что давало ей возможность привлечь средства под дальнейшее развитие.
INTEL КАК СТАРТАП
Мне посчастливилось стать участником подобного стартапа. В 1968 году два известных специалиста в области технологий вместе с друзьями-инвесторами вложили $3 млн в создание компании Intel, производящей чипы памяти для компьютеров. С самого начала мы были вынуждены думать, как производить микросхемы в больших объемах. Нам предстояло построить заводы, нанять, обучить и удержать персонал, установить связи с поставщиками и решить тысячи других задач, чтобы превратить Intel в компанию стоимостью в миллиард долларов. Три года спустя Intel провел листинг на фондовой бирже и стал одним из крупнейших в мире технологических концернов. К 1980 году, когда с момента IPO прошло десять лет, на Intel в США работали около 13 000 человек.
Неподалеку от головного офиса Intel в калифорнийском городе Санта-Клара росли и развивались другие компании. Tandem Computers прошел те же фазы в развитии, что и Intel, за ним последовали Sun Microsystems, Cisco Systems, Netscape Communications и так далее. Некоторые компании обанкротились либо были поглощены конкурентами, но выжившие образовали сложную технологическую экосистему, получившую в итоге название «Кремниевой долины».
Время шло, в США росли зарплаты и соцпакеты, в то время как Китай стал открытой страной. Американские компании обнаружили, что производство и даже инжиниринг дешевле за рубежом. Сказано, сделано. Рентабельность стала расти. Руководство было в восторге, акционеры тоже. Компании продолжали прибавлять в размере, прибыли не отставали. Однако машина по созданию новых рабочих мест застопорилась.
США ИЛИ КИТАЙ?
В настоящее время в производстве компьютеров в США заняты около 166 000 человек, что меньше, чем было до сборки первого персонального компа MITS Altair 2800 в 1975 году. Тем временем в Азии возникло чрезвычайно эффективное компьютерное производство, в котором занято приблизительно 1,5 миллиона человек – рабочих, инженеров и менеджеров.
Крупнейшая такая компания – Hon Hai Precision Industry Co., известная также под названием Foxconn. Компания стала расти невероятными темпами, сначала на Тайване, а затем в Китае. В прошлом году она выручила $62 миллиарда – больше, чем Apple Inc., Microsoft Corp., Dell Inc. или Intel. На заводах Foxconn работают более 800 000 человек, что превышает суммарную занятость на всех фабриках Apple, Dell, Microsoft, Hewlett-Packard Co., Intel и Sony Corp во всем мире.
10/1
До недавней серии самоубийств на гигантской фабрике Foxconn, расположенной в китайском городе Шэньчжэнь, лишь немногие американцы слышали об этой компании. Однако большинство знакомо с продукцией Foxconn: на заводах этой компании выпускаются компьютеры для Dell и HP, сотовые телефоны Oyj для Nokia, игровые консоли Xbox 360 для Microsoft, материнские платы для Intel и бесчисленное множество других известных гаджетов. Около 250 000 сотрудников Foxconn на юге Китая выпускают продукцию Apple. В то же время в США на заводах Apple работают около 25 000 человек. Это означает, что на каждого американского рабочего Apple приходится 10 человек в Китае, занятых на производстве компьютеров iMac, приставок iPod и сотовых телефонов iPhone. То же соотношение 10/1 наблюдается у Dell, производителя дисководов Seagate Technology и других американских технологических компаний.
Вы можете возразить, что перенос производства за рубеж не так уж страшен, поскольку требующие высокой квалификации рабочие места и большая часть прибыли остаются в США. Вполне возможно, что так. Но что это будет за общество, если оно будет состоять из высокооплачиваемых, высококвалифицированных работников и огромного числа безработных?
По сравнению с моментом зарождения бизнеса в «Кремниевой долине» сейчас резко возросли инвестиции в высокотехнологичные компании, но число вновь созданных рабочих мест сократилось. Проще говоря, США теперь на редкость неэффективно создают рабочие места для инженеров и ИТ-специалистов на своей территории. Возможно, мы не осознаем этот рост неэффективности, поскольку в течение последних нескольких десятилетий добились впечатляющих успехов в создании рабочих мест. Это помогает нам скрывать тот факт, что на создание каждого рабочего места уходит все больше и больше средств.
ТРАГИЧЕСКАЯ ОШИБКА
Стоит ли сидеть сложа руки, когда первые признаки ухудшения уже налицо? Думаю, что мы допустим трагическую ошибку, если не будем действовать быстро и решительно и упустим единственный оставшийся у нас шанс исправить ситуацию.
А ситуация ухудшается на глазах. Об этом говорит простой подсчет: оценка эффективности расходов компании при создании рабочих мест. Для начала возьмем первоначальные инвестиции плюс инвестиции во время IPO. Затем разделим полученную цифру на число работников, занятых в компании 10 лет спустя. Для Intel этот показатель составляет около $650 на одно рабочее место, или $3600 с учетом инфляции. National Semiconductor, другой производитель микросхем, еще более эффективен: у него $2000 на одно рабочее место.
Произведем подобные вычисления для ряда других компаний «Кремниевой долины». Результат позволяет сделать вывод, что стоимость создания новых рабочих мест в США увеличилась с нескольких тысяч долларов на одну позицию в ранние годы до $100 000 сейчас. Причина очень проста: компании нанимают меньшее количество работников, поскольку работа все больше перепоручается зарубежным фирмам, работающим по контракту, особенно в Азии.
АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ЭНЕРГИИ
Сбой машины по производству новых рабочих мест произошел не только в компьютерной отрасли. Вспомним об альтернативных источниках энергии – новой и инновационной отрасли. Например, фотоэлектрика – чисто американское изобретение. Кроме того, США первыми стали использовать в бытовой технике устройства для преобразования солнечной энергии в электричество.
В прошлом году я решил внести свой вклад в дело сохранения энергии и оборудовал свой дом солнечными батареями. Мы с женой провели переговоры с четырьмя фирмами, расположенными в нашем штате. В ходе нашей «комплексной экспертизы» я решил узнать, где произведены фотоэлектрические панели – главный компонент системы. Все панели были привезены из Китая. Одна компания из «Кремниевой долины» продает оборудование, используемое обычно для изготовления фотоактивной пленки. Они поставляют в Китай почти в десять раз больше машин, чем производителям в США, и разрыв только растет. Неудивительно, что на производстве фотоактивной пленки и панелей в США заняты где-то 10 000 человек – всего несколько процентов от мировой занятости в этой сфере.
БАТАРЕИ НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ
На кон поставлено куда больше, чем просто уплывающие за рубеж рабочие места. За границу выводится фаза массового производства и даже разработка некоторых технологий. Возьмем батареи нового поколения. Работа над ними заняла долгие годы и часто не давала результатов, однако вскоре мы увидим, как с конвейера сходят электрические автомобили и грузовики. Все они работают на ионно-литиевых батареях. Эти батареи приблизительно столь же значимы для электромобилей, сколь важны микропроцессоры для компьютеров. В отличие от микропроцессоров, доля США в мировом производстве ионно-литиевых батарей ничтожна.
В этом и заключается проблема. Новой отрасли нужна эффективная экосистема, в которой аккумулируются технологические ноу-хау, накапливается опыт, устанавливаются тесные связи между производителями и клиентами. США утратили лидерство в производстве батарей 30 лет назад, когда перестали изготавливать потребительскую электронику. Всем производителям батарей, без исключения, пришлось переучиваться и устанавливать новые связи с тем, чтобы соответствовать повышенным требованиям рынка ноутбуков. После этого им предстояло подстроиться под еще более требовательный автомобильный рынок. Американские компании не участвовали в первой стадии и, соответственно, впоследствии оказались за бортом. Сомневаюсь, что когда-нибудь они смогут догнать конкурентов.
НОВЫЕ РАБОЧИЕ МЕСТА
Наращивание объемов производства – непростая задача. Для него требуется гораздо больше средств, чем на разработку нового прибора, причем средства следует вкладывать на самых ранних стадиях, когда еще сложно представить себе потенциальный рынок. Приведу еще один пример из истории Intel: чтобы построить завод по производству полупроводниковых микросхем, в 1970-е годы достаточно было нескольких миллионов долларов. К началу 1990-х годов стоимость фабрики, способной в массовых объемах производить новые чипы Pentium, выросла до нескольких миллиардов долларов. Решения о строительстве заводов принимались за много лет до того, как мы поняли, что чипы Pentium будут работать, а рынок проявит к ним интерес.
Мы научились на собственных ошибках. Ранее, когда Intel производил только микросхемы памяти, мы побоялись нарастить производственные мощности, будучи не уверены, что спрос на нашу продукцию будет расти. Наши японские конкуренты не побоялись построить новые заводы. Когда спрос на карты памяти резко возрос, японцы ворвались на американский рынок, а Intel пришлось сдать позиции.
ОПЫТ INTEL
За долгие годы работы я закалил свой характер, но до сих пор не могу забыть, как боялся просить членов совета директоров Intel выделить миллиарды долларов на строительство фабрик для выпуска продукции, о которой рынок ничего тогда не знал, а емкость этого рынка невозможно было себе представить. По счастью, члены совета, судорожно сглотнув, сказали «да». Их ставка оказалась оправданной.
Я рассказываю об этом не для того, чтобы подчеркнуть блестящие успехи Intel. Компания была основана в то время, когда наращивать объемы производства было выгоднее в Америке. А Китай тогда был закрыт для бизнеса. Что еще важнее, Соединенные Штаты тогда еще не забыли, как важно для экономики дать компаниям расширять производство.
Как могли они забыть об этом? Я думаю, что ответ кроется в общей недооценке значимости производства: якобы для США неважно, что будет с рабочими местами на заводах и фабриках, пока страну не покинули изобретатели новых технологий. В распространении подобных идей виновны не только журналисты.
ОФШОРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
Прислушайтесь к тому, что пишет профессор экономики Принстонского университета Алан Блайндер: «Соединенные Штаты первыми начали производить телевизоры, и на этом производстве в какой-то момент были заняты очень многие американцы. Но когда телевизоры стали обычным массовым товаром, их производство было вынесено за границу – в те страны, где зарплаты были существенно ниже. А сейчас в США вообще не производится телевизоров. Стоит ли видеть в этом неудачу? Нет, это успех».
Позволю себе не согласиться с профессором. Мы не только потеряли бессчетное количество рабочих мест, мы нарушили преемственность опыта, столь важную для эволюции в области технологий. Если сегодня отказаться от производства потребительских товаров, завтра можно оказаться за бортом новой отрасли. Именно это и произошло в случае с батареями.
В экономике мы исходим из убеждения (оно было основано на реальном опыте, но с течением времени превратилось в трюизм), что свободный рынок является наилучшей из систем: чем свободнее, тем лучше. Наше поколение наблюдало, как либеральные принципы одержали решающую победу над плановой экономикой. Мы верны этим принципам и не замечаем того, что, несмотря на победу свободных рынков над плановой экономикой, следовало бы оставить простор для экспериментов: модификация нашей системы могла бы сделать ее еще лучше.
ЦЕЛЬ НОМЕР ОДИН
Свидетельство тому – успех отдельных азиатских стран в течение последних нескольких десятилетий. Эти страны поняли, что первоочередной задачей государственной экономической политики является рост занятости. Правительство играет стратегическую роль в определении приоритетов, расстановке сил и распределении ресурсов для достижения этой цели.
Стремительный рост азиатских экономик доказывает эту истину. В фундаментальном труде, посвященном развитию промышленности в Восточной Азии, профессор Лондонской школы экономики Роберт Уэйд пишет, что в 1970–1980-х годах эти страны добились беспрецедентного экономического роста во многом благодаря активной роли государства в определении контрольных ориентиров для обрабатывающей промышленности.
Вспомним о «Золотых проектах» – о целом ряде инициатив в области развития цифровых технологий, выдвинутых китайским правительством в конце 1980-х и в 1990-е годы. Пекин верил, что для создания новых рабочих мест, особенно в отсталых регионах, необходимо развивать электронные сети, которые применяются для коммерческих операций, коммуникаций и координации работ. Как следствие, «Золотые проекты» получили приоритетное финансирование. Со временем они внесли огромный вклад в быстрое развитие информационной инфраструктуры в КНР и рост китайской экономики.
В ЦЕНТРЕ ЭКОНОМИКИ – РАБОЧИЕ МЕСТА
Как нам воспользоваться опытом азиатских стран? В долгосрочной перспективе нам потребуется экономическая теория, выстроенная вокруг создания новых рабочих мест, и соответствующее руководство, которое направит наши планы и действия в нужное русло. А пока послушайте бывшего фабричного парня.
«Кремниевая долина» – это сообщество с мощной традицией инжиниринга, а инженеры – особая порода людей. Они стремятся решить любую проблему. Если проблема заключается в извлечении прибыли, мы концентрируемся на прибыли. Любая компания исходит из индивидуалистических целей и делает все возможное для успешного расширения и роста рентабельности. Однако наша поглощенность собственным бизнесом, заставляющая нас выводить производство и солидную часть инжиниринга за рубеж, мешает нам наладить массовый выпуск новинок у себя на родине. Отказавшись от массового производства, мы не просто теряем рабочие места – мы теряем контроль над новыми технологиями. Утрата производственных навыков, в итоге, скажется на нашем умении изобретать.
СЛОМАННАЯ ГИЛЬОТИНА
Мне вспомнилась история про инженера, которого приговорили к казни на гильотине. Нож гильотины застрял. Согласно обычаю, если лезвие не падало, осужденного на смерть отпускали на свободу. Однако инженер не стал дожидаться, когда его освободят: он с энтузиазмом показал на заржавевший блок гильотины и велел палачу смазать его маслом. Итог: инженеру отрубили голову.
Мы оказались в непростой ситуации вследствие того, что многие из нас не видели ничего, кроме стоящих перед их компаниями текущих целей. Вот яркий тому пример. Пять лет назад мой друг стал партнером одного крупного венчурного фонда и отвечал за выполнение «китайской стратегии» во всех финансируемых их компанией проектах: иными словами, за то, чтобы как можно больше рабочих мест было выведено в Китай. Он ходил вокруг гильотины с банкой в руках, все время смазывая ее маслом. Нам пора побросать эти банки с маслом. Венчурным компаниям пора ввести должность партнера «по американской стратегии» для каждого стартапа.
ФИНАНСОВЫЕ СТИМУЛЫ
Первым делом надо пересмотреть принципы финансирования промышленности. Нам следует разработать систему финансовой помощи, а именно: ввести дополнительную пошлину на произведенные за границей товары (если это повлечет за собой торговую войну, будем сражаться за победу, как на любой другой войне). Вырученные деньги должны быть вложены в отдельный фонд. Назовем его, к примеру, Банком развития промышленности США. Депонированные там средства должны быть доступны для любой компании, планирующей налаживать массовое производство на американской территории. Такая система будет ежедневно напоминать предпринимателям о том, что, преследуя цели своей компании, они не должны забывать об ответственности за сохранение промышленной базы страны: от нее зависит жизнеспособность и стабильность нашего общества. Нельзя воспринимать эту стабильность как нечто само собой разумеющееся.
Я бежал из Венгрии в 1956 году и приехал в США, будучи совсем молодым человеком. Я вырос в соцлагере и своими глазами видел, какую опасность представляют произвол властей и расслоение общества. Большинство американцев не могут себе представить, что было время, когда на Пенсильвания-авеню в Вашингтоне стояли танки и кавалерия, чтобы разгонять безработных. Это было в 1932 году; тысячи безработных ветеранов вышли на демонстрацию у Белого дома. Солдаты пристегнули штыки и зарядили винтовки боевыми патронами, чтобы оттеснить ветеранов от президентской резиденции. И это было в Америке! Безработица разъедает общество. Если я кажусь вам протекционистом, пусть так оно будет.
ПРОСТОЙ ВЫБОР
В ресторанчике в Пало-Альто, где я познакомился с китайскими венчурными инвесторами, каждый день обедают менеджеры высокотехнологичных компаний и предприниматели. Со многими из них я дружу. Я знаю, что им приходится решать сложные технологические задачи, что на них давят совет директоров и акционеры. Разве можно ожидать, что они возьмут на себя дополнительное обязательство – работать во имя некоего, трудно поддающегося определению сообщества, состоящего из компаний, работающих в них людей, и тех, кто будет нанят в будущем? Надеяться на это было бы в высшей степени наивно. Однако перемены неизбежны, а выбор прост. Если мы хотим оставаться крупнейшей экономикой мира, нам нужно изменяться по собственному почину – или нам снова навяжут перемены.
воскресенье, 18 апреля 2010 г.
Биография Кирилла Орловского
http://clubs.ya.ru/4611686018427392330/replies.xml?item_no=50055&ncrnd=289
Летом 1944 года, этот человек написал заявление с просьбой, направив его лично Сталину - нижестоящие инстанции даже не хотели его слушать, отвечая вовсе не от бездушия: "Вы и так сделали всё, что могли. Отдыхайте". Почему они отказывали, вы можете понять из текста заявления.
Этот Человек, Герой Советского Союза, писал Сталину, что морально живёт плохо и просил помочь ему. Чем?
Обязательно прочитайте это заявление, копия которого хранилась в архиве ЦК Компартии Белоруссии, оно было рассекреченно и опубликованно совсем недавно. В наши дни оно не просто кажется невероятным - оно потрясает.
Москва, Кремль, товарищу Сталину.
От Героя Советского Союза
подполковника государственной
безопасности
Орловского Кирилла Прокофьевича.
Заявление.
Дорогой товарищ Сталин!
Разрешите на несколько минут задержать Ваше внимание, высказать Вам свои мысли, чувства и стремления.
Родился я в 1895 году в дер. Мышковичи Кировского района Могилевской области в семье крестьянина–середняка.
До 1915 года работал и учился на своем сельском хозяйстве, в деревне Мышковичи.
С 1915 — 1918 г. служил в царской армии в качестве командира саперного взвода.
С 1918 по 1925 год работал в тылу немецких оккупантов, белополяков и белолитовцев в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп. Одновременно четыре месяца воевал на Западном фронте против белополяков, два месяца — против войск генерала Юденича и восемь месяцев учился в Москве на 1–х Московских пехотных курсах командного состава.
С 1925 по 1930 год учился в Москве в Комвузе народов Запада.
С 1930 по 1936 г. работал в спецгруппе НКВД СССР по подбору и подготовке диверсионно–партизанских кадров на случай войны с немецко–фашистскими захватчиками в Белоруссии.
1936 год работал на строительстве канала Москва — Волга в качестве начальника стройучастка.
Весь 1937 год был в командировке в Испании, где воевал в тылу фашистских войск в качестве командира диверсионно–партизанской группы.
1939 — 1940 годы работал и учился в Чкаловском сельхозинституте.
1941 год находился в спецкомандировке в Западном Китае, откуда по личной просьбе был отозван и направлен в глубокий тыл немецких захватчиков в качестве командира разведывательно–диверсионной группы.
Таким образом, с 1918 по 1943 год мне посчастливилось 8 лет работать в тылу врагов СССР в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп, нелегально переходить линию фронта и государственную границу свыше 70 раз, выполнять правительственные задания, убивать сотни отъявленных врагов Советского Союза как в военное, так и в мирное время, за что Правительство СССР наградило меня двумя орденами Ленина, медалью «Золотая Звезда» и орденом Трудового Красного Знамени. Член ВКП(б) с 1918 года. Партийных взысканий не имею.
Ночью 17 февраля 1943 года агентурная разведка мне принесла сведения, что 17/II–43 г. по одной из дорог Барановичской области на подводах будут проезжать Вильгельм Кубе (Генеральный комиссар Белоруссии), Фридрих Фенс (комиссар трех областей Белоруссии), обергруппенфюрер Захариус, 10 офицеров и 40 — 50 их охранников.
В это время при мне было только 12 человек моих бойцов, вооруженных одним ручным пулеметом, семью автоматами и тремя винтовками. Днем на открытой местности, на дороге, напасть на противника было довольно рискованно, но и пропустить крупную фашистскую гадину было не в моей натуре, а поэтому еще до рассвета к самой дороге я подвел своих бойцов в белых маскировочных халатах, цепью положил и замаскировал их в снеговых ямах в 20 метрах от той дороги, по которой должен был проезжать противник.
Двенадцать часов в снеговых ямах мне с товарищами пришлось лежать и терпеливо выжидать...
В шесть часов вечера из–за бугра показался транспорт противника и когда подводы поравнялись с нашей цепью, по моему сигналу был открыт наш автоматно–пулеметный огонь, в результате которого были убиты Фридрих Фенс, 8 офицеров, Захариус и более 30 охранников.
Мои товарищи спокойно забрали все фашистское оружие, документы, сняли с них лучшую одежду и организованно ушли в лес, на свою базу.
С нашей стороны жертв не было. В этом бою я был тяжело ранен и контужен, в результате чего у меня были ампутированы правая рука по плечо, на левой — 4 пальца и поврежден слуховой нерв на 50 — 60%. Там же, в лесах Барановичской области, я физически окреп и в августе 1943 года радиограммой был вызван в Москву.
Благодаря Народному комиссару государственной безопасности товарищу Меркулову и начальнику 4–го Управления товарищу Судоплатову материально я живу очень хорошо. Морально — плохо.
Партия Ленина — Сталина воспитала меня упорно трудиться на пользу любимой Родины; мои физические недостатки (потеря рук и глухота) не позволяют мне работать на прежней работе, но встает вопрос: все ли я отдал для Родины и партии Ленина — Сталина?
К моральному удовлетворению я глубоко убежден в том, что у меня имеется достаточно физических сил, опыта и знания для того, чтобы еще принести пользу в мирном труде.
Одновременно с разведывательно–диверсионной и партизанской работой я уделял возможное время работе над сельскохозяйственной литературой.
С 1930 по 1936 год по роду своей основной работы я каждый день бывал в колхозах Белоруссии, основательно присмотрелся к этому делу и полюбил его.
Свое пребывание в Чкаловском сельскохозяйственном институте, а также Московскую сельскохозяйственную выставку я использовал до дна в получении такого количества знаний, которое может обеспечить организацию образцового колхоза.
Если бы Правительство СССР отпустило кредит в размере 2.175 тысяч рублей в отоваренном выражении и 125 тысяч рублей в денежном выражении, то я бы на моей родине, в деревне Мышковичи Кировского р–на Могилевской области, в колхозе «Красный партизан» до 1950 года добился бы следующих показателей:
1. От ста фуражных коров (в 1950 г.) смогу достигнуть удоя молока не меньше восьми тысяч килограммов на каждую фуражную корову, одновременно смогу с каждым годом повышать живой вес молочно–племенной фермы, улучшать экстерьер, а также повышать % жирности молока.
2. Сеять не меньше семидесяти гектаров льна и в 1950 г. получить не меньше 20 центнеров льна–волокна с каждого гектара.
3. Сеять 160 гектаров зерновых культур (рожь, овес, ячмень) и в 1950 году получить не меньше 60 центнеров с каждого гектара при условии, если даже в июне — июле месяцах этого года не будет ни одного дождя. Если же будут проходить дожди, то урожай будет не 60 центнеров с одного га, а 70 — 80 центнеров.
4. Колхозными силами в 1950 году будет посажен на сто га плодовый сад по всем агротехническим правилам, которые выработала агротехническая наука.
5. К 1948 году на территории колхоза будут организованы три снегозадержательные полосы, на которых будет посажено не менее 30.000 декоративных деревьев.
6. К 1950 году будет не менее ста семей пчелоферма.
7. До 1950 года будут построены следующие постройки:
1) сарай для М–П фермы № 1 — 810 кв. м;
2) сарай для М–П фермы № 2 — 810 кв. м;
3) сарай для скотомолодняка № 1 — 620 кв. м;
4) сарай для скотомолодняка № 2 — 620 кв. м;
5) сарай–конюшня для 40 лошадей — 800 кв. м;
6) зернохранилище на 950 тонн зерна;
7) навес для хранения сельскохозяйственных машин, инвентаря и минерального удобрения — 950 кв. м;
8) электростанция, при ней же мельница и лесопилка — 300 кв. м;
9) механическая и столярная мастерские — 320 кв. м;
10) гараж на 7 автомашин;
11) бензохранилище на 100 тонн горючего и смазочного;
12) хлебопекарня — 75 кв. м;
13) баня — 98 кв. м;
14) клуб с радиоустановкой на 400 человеко–мест;
15) домик для детского сада — 180 кв. м;
16) рига для хранения снопов и соломы, мякины — 750 кв. м;
17) рига № 2 — 750 кв. м;
18) хранилище для корнеплодов — 180 кв. м;
19) хранилище для корнеплодов № 2 — 180 кв. м;
20) силосные ямы с кирпичной облицовкой стенок и дна вместимостью 450 кубометров силоса;
21) хранилище для зимовки пчел — 130 кв. м;
22) силами колхозников и за счет колхозников будет построен поселок на 200 квартир, каждая квартира будет состоять из 2 комнат, кухни, уборной и небольшого сарая для скота и птицы колхозника. Поселок будет представлять из себя тип благоустроенного, культурного, утопающего в плодовых и декоративных деревьях поселка;
23) артезианских колодцев — 6 штук.
Должен сказать, что валовой доход колхоза «Красный партизан» Кировского района Могилевской области в 1940 году составлял только 167 тысяч рублей.
По моему расчету, этот же колхоз в 1950 году может добиться валового дохода не менее трех миллионов рублей.
Одновременно с организационно–хозяйственной работой у меня найдутся время и досуг для такого поднятия идейно–политического уровня своих членов колхоза, который позволит создать крепкие партийную и комсомольскую организации в колхозе из наиболее политически грамотных, культурных и преданных партии Ленина — Сталина людей.
Прежде чем написать Вам это заявление и взять на себя эти обязательства, я много раз всесторонне обдумав, тщательно взвесив каждый шаг, каждую деталь этой работы, пришел к глубокому убеждению, что вышеупомянутую работу я выполню на славу нашей любимой Родины и что это хозяйство будет показательным хозяйством для колхозников Белоруссии. Поэтому прошу Вашего указания, товарищ Сталин, о посылке меня на эту работу и предоставлении просимого мною кредита.
Если по данному заявлению возникнут вопросы, прошу вызвать меня для объяснения.
Приложение:
1. Описание колхоза «Красный партизан» Кировского района Могилевской области.
2. Топографическая карта с обозначением местонахождения колхоза.
3. Смета отоваренного кредита.
Герой Советского Союза подполковник государственной безопасности Орловский.
6 июля 1944 г.
г. Москва, Фрунзенская набережная,
дом № 10а, кв. 46, тел. Г–6–60–46».
******
Сталин дал распоряжение удовлетворить просьбу Кирилла Орловского - он прекрасно понимал его, потому что сам был таким же. Тот сдал государству полученную им квартиру в Москве и уехал в разрушенную до основания белорусскую деревню. Кирилл Прокофьевич выполнил свои обязательства - его колхоз «Рассвет» был первый колхоз в СССР, получивший после Войны миллионную прибыль. Через 10 лет имя Председателя стало известно всей Белоруссии, а затем и СССР.
В 1958 г. Кириллу Прокофьевичу Орловскому присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина. За боевые и трудовые заслуги награждён 5 орденами Ленина, орденом Красного Знамени, многими медалями. Избирался депутатом Верховного Совета СССР третьего-седьмого созывов.
В 1956-61 годах был кандидатом в члены ЦК КПСС. "Дважды кавалер" Кирилл Орловский - прототип Председателя в одноимённом фильме. О нём написано несколько книг: "Мятежное сердце," "Повесть о Кирилле Орловском" и другие.
А начинал колхоз с того, что почти все крестьяне жили в землянках. Очевидцы описывают так: "Закрома во дворах колхозников ломились от добра. Отстроил деревню, вымостил дорогу до райцентра и деревенскую улицу, построил клуб, школу-десятилетку. Не хватило денег – снял с книжки все свои сбережения – 200 тысяч – и вложил в школу. Платил стипендии студентам, готовя резерв кадров."
Это заявление с грифом "Совершенно Секретно" (таков был статус заявителя), написаное всего через три дня после того, как был освобождён Минск и не предназначенное для того, чтобы быть когда-либо опубликовано, рассказывает о написавшем его человеке, стране и эпохе больше, чем целые тома книг. Оно очень много говорит и о нашем времени, хотя для этого совсем не было предназначено.
Сразу становится понятным, какие Люди строили СССР - примерно такие, как Орловский. Не возникает вопросов на кого Сталин опирался при строительстве страны - именно вот на таких и он давал таким людям все возможности себя проявить. Результат видел весь мир - СССР, дважды поднявшийся буквально из пепла, Победа, Космос и многое другое, где одного только было бы достаточно, чтобы прославить страну в истории. Также становится понятным, какого типа люди работали в ЧК и НКВД.
Если кто не понял из текста заявления, подчеркну: Кирилл Орловский - чекист, профессиональный диверсант-"ликвидатор", то есть именно "НКВД-шный палач" в самом прямом смысле слова, а как сказали бы ещё любящие козырнуть псевдоблатной лексикой придурки - "лагерный вертухай" (совершенно не понимая значения этого слова и к кому оно относилось). Да, именно так - год (1936) до того, как отправиться добровольцем в Испанию, Кирилл Прокофьевич Орловский был начальником участка системы ГУЛАГ на строительстве канала Москва-Волга.
Да именно так - часто начлаги и чекисты были примерно вот такими Людьми, хотя, естественно, люди, как и везде попадались всякие. Если кто не помнит - великий педагог Макаренко тоже работал в системе ГУЛАГа - был начальником колонии, а потом - замначальника "детского ГУЛАГа" Украины.
Ясное дело, что тогда были "уничтожены все лучшие люди", "все думающие люди". Поэтому строили и защищали страну исключительно забитые рабы. Вроде Кирилла Орловского. Именно поэтому с ней не смогли справиться объединённые силы континентальной Европы под руководством Адольфа Гитлера.
Естественно, все, как один, тогда были "безынициативными серыми рабами" во времена "административно-командной экономики", где чуть ли не каждый гвоздь был строго регламентирован из центра. Как про это последние двадцать лет нам объясняют каждый день в телевизоре. Только остаётся непонятным, как это колхоз строился по плану, составленному председателем, как специально под его заказ обучались специалисты - агрономы, зоотехники и пр.?
Однако, всё становится сразу становится понятным, какого типа люди брали на себя ответственность, причём не по приказу, а сами, лично - и поднимали страну из руин в невиданные сроки. Ну, разумеется, "только частный собственник может быть эффективным ", "частная инициатива", "стремление к прибыли" и "рыночная экономика способны эффективно создавать"и всё в этом духе. Не зря именами сталинских управленцев называли города, улицы и заводы.
Правда, при "неэффективном тоталитаризме" сил и средств хватало и на сильнейшую в мире армию, способную противостоять объединённым силам "золотого миллиарда", и на всеобщее лучшее в мире образование, и на бесплатное всеобщее здравоохранение, и на блестящую науку, и на космос, и на достойную жизнь для всех, а не для избранных, и на детские сады, и на пионерские лагера, и на бесплатный спорт для всех желающих, и даже на поддержку системы социализма и коммунистических партий по всему миру, как и на многое другое. Теперь всего этого нет, "сброшен балласт", преданы все союзники, разрушено и продано всё, что можно, но почему-то денег нет ни на что. Построенное тогда, сейчас под руководством "эффективных менеджеров" и "эффективных собственников" мы не можем сейчас не то что повторить - даже отремонтировать. Это к вопросу о том, какая система эффективнее и какой руководили Люди и Герои, а какой - подонки и предатели.
Ну а про мартышек, заявляющих, что "советские люди совершали подвиги под дулами заградотрядов" - даже и упоминать, наверное, не стоит. Ясное дело, что Кирилл Орловский и его отряд "Соколы", так же как и все прочие, ТАК воевали годами в окружении врагов исключительно из страха. Какие же могут быть ещё мотивы?
А вот какие мотивы у Людей: "материально я живу очень хорошо. Морально — плохо." А плохо ему от того, что он не может отдавать, а не грести к себе и потреблять. Ничтожества в принципе не могут понять мотивов действий Людей. Того, что Человек, имея в руках деньги может отдать их на школу, того, что можно не воровать, того что человек может добровольно пойти на смерть - всё это просто вне пределов их понимания.
Только представьте себе: человек, инвалид, первой группы - без обеих рук, который почти не может самостоятельно себя обслуживать, почти глухой, Герой, который по всем мыслимым законам и понятиям получил право на безбедный пожизненный отдых, считает, что он не может так жить, потому что в состоянии работать для людей ещё. Но не преподавать, например, в школе НКВД, а опять сделать почти невозможное, на пределе человеческих сил - построить лучший в СССР колхоз из сожжённой до основания деревни, населённой по большей части вдовами, стариками, инвалидами и подростками.
Можно ли представит на его месте Гайдара, Чубайса, Абрамовича, Потанина, Путина или Медведева? В принципе невозможно, не так ли?
Это Орловские отдавали все свои сбережения, чтобы построить сожжённую врагом школу, а а у путиных-медведевых на руке часы, за стоимость которой можно построить несколько сельских школ, в то время как в стране школы доведены их режимом до такого состояния, что они рушатся, хороня под собой учеников.
Это руководитель страны, когда его страна жила в хатах и землянках, сам ходил в стоптанных сапогах и питался из солдатской столовой, а все доходы от издаваемых трудов отдавал на стипендии талантливым студентам и премии творцам. А эти разрушают школы, чтобы на их месте построить дома для воров, уничтожают образование, чтобы их приняли на Запад, когда окончится их вахта по разрушению остатков России, уничтожают промышленность и армию, чтобы распродать остатки, а деньги вывести к врагу, опасаясь того, что в ограбленной ими стране случится революция и украденное у народа будет конфисковано.
Это при сталинских менеджерах дважды из миллионов послевоенных сирот, большинство которых были уличными преступниками, вырастили счастливых людей, дав им крышу над головой, образование, медицинское обеспечение и обеспечив работой. А даже официально в стране-эрефии сейчас каждый третий призывник - дистрофик, то можно представить как прошло его детство. А эти с позволения сказать, "руководители страны" без всякой войны довели десятки миллионы нормальных работящих семей до скотского состояния и превратили миллионы детей в беспризорников и преступников.
Как сказал один наш камрад, что по сравнению с таким Человеком, все "эффективные менеджеры", "гаранты", "яркие личности", "творцы" и пр. вместе взятые - не более чем куча навозных червей и опарышей, копошащихся в куче говна. Другого сравнения подобрать не получается.
Использованная литература:
1. И Гитлер хотел победить таких людей? Виталь Скалабан Советская Белоруссия №27 (23418) 24.10.2009
2. http://www.belarus.kz/index.php?p=270
3. http://svr.gov.ru/history/orlovskij.html
4.. Эффективные менеджеры Сталина - http://grey-croco.livejournal.com/498492.html
Летом 1944 года, этот человек написал заявление с просьбой, направив его лично Сталину - нижестоящие инстанции даже не хотели его слушать, отвечая вовсе не от бездушия: "Вы и так сделали всё, что могли. Отдыхайте". Почему они отказывали, вы можете понять из текста заявления.
Этот Человек, Герой Советского Союза, писал Сталину, что морально живёт плохо и просил помочь ему. Чем?
Обязательно прочитайте это заявление, копия которого хранилась в архиве ЦК Компартии Белоруссии, оно было рассекреченно и опубликованно совсем недавно. В наши дни оно не просто кажется невероятным - оно потрясает.
Москва, Кремль, товарищу Сталину.
От Героя Советского Союза
подполковника государственной
безопасности
Орловского Кирилла Прокофьевича.
Заявление.
Дорогой товарищ Сталин!
Разрешите на несколько минут задержать Ваше внимание, высказать Вам свои мысли, чувства и стремления.
Родился я в 1895 году в дер. Мышковичи Кировского района Могилевской области в семье крестьянина–середняка.
До 1915 года работал и учился на своем сельском хозяйстве, в деревне Мышковичи.
С 1915 — 1918 г. служил в царской армии в качестве командира саперного взвода.
С 1918 по 1925 год работал в тылу немецких оккупантов, белополяков и белолитовцев в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп. Одновременно четыре месяца воевал на Западном фронте против белополяков, два месяца — против войск генерала Юденича и восемь месяцев учился в Москве на 1–х Московских пехотных курсах командного состава.
С 1925 по 1930 год учился в Москве в Комвузе народов Запада.
С 1930 по 1936 г. работал в спецгруппе НКВД СССР по подбору и подготовке диверсионно–партизанских кадров на случай войны с немецко–фашистскими захватчиками в Белоруссии.
1936 год работал на строительстве канала Москва — Волга в качестве начальника стройучастка.
Весь 1937 год был в командировке в Испании, где воевал в тылу фашистских войск в качестве командира диверсионно–партизанской группы.
1939 — 1940 годы работал и учился в Чкаловском сельхозинституте.
1941 год находился в спецкомандировке в Западном Китае, откуда по личной просьбе был отозван и направлен в глубокий тыл немецких захватчиков в качестве командира разведывательно–диверсионной группы.
Таким образом, с 1918 по 1943 год мне посчастливилось 8 лет работать в тылу врагов СССР в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп, нелегально переходить линию фронта и государственную границу свыше 70 раз, выполнять правительственные задания, убивать сотни отъявленных врагов Советского Союза как в военное, так и в мирное время, за что Правительство СССР наградило меня двумя орденами Ленина, медалью «Золотая Звезда» и орденом Трудового Красного Знамени. Член ВКП(б) с 1918 года. Партийных взысканий не имею.
Ночью 17 февраля 1943 года агентурная разведка мне принесла сведения, что 17/II–43 г. по одной из дорог Барановичской области на подводах будут проезжать Вильгельм Кубе (Генеральный комиссар Белоруссии), Фридрих Фенс (комиссар трех областей Белоруссии), обергруппенфюрер Захариус, 10 офицеров и 40 — 50 их охранников.
В это время при мне было только 12 человек моих бойцов, вооруженных одним ручным пулеметом, семью автоматами и тремя винтовками. Днем на открытой местности, на дороге, напасть на противника было довольно рискованно, но и пропустить крупную фашистскую гадину было не в моей натуре, а поэтому еще до рассвета к самой дороге я подвел своих бойцов в белых маскировочных халатах, цепью положил и замаскировал их в снеговых ямах в 20 метрах от той дороги, по которой должен был проезжать противник.
Двенадцать часов в снеговых ямах мне с товарищами пришлось лежать и терпеливо выжидать...
В шесть часов вечера из–за бугра показался транспорт противника и когда подводы поравнялись с нашей цепью, по моему сигналу был открыт наш автоматно–пулеметный огонь, в результате которого были убиты Фридрих Фенс, 8 офицеров, Захариус и более 30 охранников.
Мои товарищи спокойно забрали все фашистское оружие, документы, сняли с них лучшую одежду и организованно ушли в лес, на свою базу.
С нашей стороны жертв не было. В этом бою я был тяжело ранен и контужен, в результате чего у меня были ампутированы правая рука по плечо, на левой — 4 пальца и поврежден слуховой нерв на 50 — 60%. Там же, в лесах Барановичской области, я физически окреп и в августе 1943 года радиограммой был вызван в Москву.
Благодаря Народному комиссару государственной безопасности товарищу Меркулову и начальнику 4–го Управления товарищу Судоплатову материально я живу очень хорошо. Морально — плохо.
Партия Ленина — Сталина воспитала меня упорно трудиться на пользу любимой Родины; мои физические недостатки (потеря рук и глухота) не позволяют мне работать на прежней работе, но встает вопрос: все ли я отдал для Родины и партии Ленина — Сталина?
К моральному удовлетворению я глубоко убежден в том, что у меня имеется достаточно физических сил, опыта и знания для того, чтобы еще принести пользу в мирном труде.
Одновременно с разведывательно–диверсионной и партизанской работой я уделял возможное время работе над сельскохозяйственной литературой.
С 1930 по 1936 год по роду своей основной работы я каждый день бывал в колхозах Белоруссии, основательно присмотрелся к этому делу и полюбил его.
Свое пребывание в Чкаловском сельскохозяйственном институте, а также Московскую сельскохозяйственную выставку я использовал до дна в получении такого количества знаний, которое может обеспечить организацию образцового колхоза.
Если бы Правительство СССР отпустило кредит в размере 2.175 тысяч рублей в отоваренном выражении и 125 тысяч рублей в денежном выражении, то я бы на моей родине, в деревне Мышковичи Кировского р–на Могилевской области, в колхозе «Красный партизан» до 1950 года добился бы следующих показателей:
1. От ста фуражных коров (в 1950 г.) смогу достигнуть удоя молока не меньше восьми тысяч килограммов на каждую фуражную корову, одновременно смогу с каждым годом повышать живой вес молочно–племенной фермы, улучшать экстерьер, а также повышать % жирности молока.
2. Сеять не меньше семидесяти гектаров льна и в 1950 г. получить не меньше 20 центнеров льна–волокна с каждого гектара.
3. Сеять 160 гектаров зерновых культур (рожь, овес, ячмень) и в 1950 году получить не меньше 60 центнеров с каждого гектара при условии, если даже в июне — июле месяцах этого года не будет ни одного дождя. Если же будут проходить дожди, то урожай будет не 60 центнеров с одного га, а 70 — 80 центнеров.
4. Колхозными силами в 1950 году будет посажен на сто га плодовый сад по всем агротехническим правилам, которые выработала агротехническая наука.
5. К 1948 году на территории колхоза будут организованы три снегозадержательные полосы, на которых будет посажено не менее 30.000 декоративных деревьев.
6. К 1950 году будет не менее ста семей пчелоферма.
7. До 1950 года будут построены следующие постройки:
1) сарай для М–П фермы № 1 — 810 кв. м;
2) сарай для М–П фермы № 2 — 810 кв. м;
3) сарай для скотомолодняка № 1 — 620 кв. м;
4) сарай для скотомолодняка № 2 — 620 кв. м;
5) сарай–конюшня для 40 лошадей — 800 кв. м;
6) зернохранилище на 950 тонн зерна;
7) навес для хранения сельскохозяйственных машин, инвентаря и минерального удобрения — 950 кв. м;
8) электростанция, при ней же мельница и лесопилка — 300 кв. м;
9) механическая и столярная мастерские — 320 кв. м;
10) гараж на 7 автомашин;
11) бензохранилище на 100 тонн горючего и смазочного;
12) хлебопекарня — 75 кв. м;
13) баня — 98 кв. м;
14) клуб с радиоустановкой на 400 человеко–мест;
15) домик для детского сада — 180 кв. м;
16) рига для хранения снопов и соломы, мякины — 750 кв. м;
17) рига № 2 — 750 кв. м;
18) хранилище для корнеплодов — 180 кв. м;
19) хранилище для корнеплодов № 2 — 180 кв. м;
20) силосные ямы с кирпичной облицовкой стенок и дна вместимостью 450 кубометров силоса;
21) хранилище для зимовки пчел — 130 кв. м;
22) силами колхозников и за счет колхозников будет построен поселок на 200 квартир, каждая квартира будет состоять из 2 комнат, кухни, уборной и небольшого сарая для скота и птицы колхозника. Поселок будет представлять из себя тип благоустроенного, культурного, утопающего в плодовых и декоративных деревьях поселка;
23) артезианских колодцев — 6 штук.
Должен сказать, что валовой доход колхоза «Красный партизан» Кировского района Могилевской области в 1940 году составлял только 167 тысяч рублей.
По моему расчету, этот же колхоз в 1950 году может добиться валового дохода не менее трех миллионов рублей.
Одновременно с организационно–хозяйственной работой у меня найдутся время и досуг для такого поднятия идейно–политического уровня своих членов колхоза, который позволит создать крепкие партийную и комсомольскую организации в колхозе из наиболее политически грамотных, культурных и преданных партии Ленина — Сталина людей.
Прежде чем написать Вам это заявление и взять на себя эти обязательства, я много раз всесторонне обдумав, тщательно взвесив каждый шаг, каждую деталь этой работы, пришел к глубокому убеждению, что вышеупомянутую работу я выполню на славу нашей любимой Родины и что это хозяйство будет показательным хозяйством для колхозников Белоруссии. Поэтому прошу Вашего указания, товарищ Сталин, о посылке меня на эту работу и предоставлении просимого мною кредита.
Если по данному заявлению возникнут вопросы, прошу вызвать меня для объяснения.
Приложение:
1. Описание колхоза «Красный партизан» Кировского района Могилевской области.
2. Топографическая карта с обозначением местонахождения колхоза.
3. Смета отоваренного кредита.
Герой Советского Союза подполковник государственной безопасности Орловский.
6 июля 1944 г.
г. Москва, Фрунзенская набережная,
дом № 10а, кв. 46, тел. Г–6–60–46».
******
Сталин дал распоряжение удовлетворить просьбу Кирилла Орловского - он прекрасно понимал его, потому что сам был таким же. Тот сдал государству полученную им квартиру в Москве и уехал в разрушенную до основания белорусскую деревню. Кирилл Прокофьевич выполнил свои обязательства - его колхоз «Рассвет» был первый колхоз в СССР, получивший после Войны миллионную прибыль. Через 10 лет имя Председателя стало известно всей Белоруссии, а затем и СССР.
В 1958 г. Кириллу Прокофьевичу Орловскому присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина. За боевые и трудовые заслуги награждён 5 орденами Ленина, орденом Красного Знамени, многими медалями. Избирался депутатом Верховного Совета СССР третьего-седьмого созывов.
В 1956-61 годах был кандидатом в члены ЦК КПСС. "Дважды кавалер" Кирилл Орловский - прототип Председателя в одноимённом фильме. О нём написано несколько книг: "Мятежное сердце," "Повесть о Кирилле Орловском" и другие.
А начинал колхоз с того, что почти все крестьяне жили в землянках. Очевидцы описывают так: "Закрома во дворах колхозников ломились от добра. Отстроил деревню, вымостил дорогу до райцентра и деревенскую улицу, построил клуб, школу-десятилетку. Не хватило денег – снял с книжки все свои сбережения – 200 тысяч – и вложил в школу. Платил стипендии студентам, готовя резерв кадров."
Это заявление с грифом "Совершенно Секретно" (таков был статус заявителя), написаное всего через три дня после того, как был освобождён Минск и не предназначенное для того, чтобы быть когда-либо опубликовано, рассказывает о написавшем его человеке, стране и эпохе больше, чем целые тома книг. Оно очень много говорит и о нашем времени, хотя для этого совсем не было предназначено.
Сразу становится понятным, какие Люди строили СССР - примерно такие, как Орловский. Не возникает вопросов на кого Сталин опирался при строительстве страны - именно вот на таких и он давал таким людям все возможности себя проявить. Результат видел весь мир - СССР, дважды поднявшийся буквально из пепла, Победа, Космос и многое другое, где одного только было бы достаточно, чтобы прославить страну в истории. Также становится понятным, какого типа люди работали в ЧК и НКВД.
Если кто не понял из текста заявления, подчеркну: Кирилл Орловский - чекист, профессиональный диверсант-"ликвидатор", то есть именно "НКВД-шный палач" в самом прямом смысле слова, а как сказали бы ещё любящие козырнуть псевдоблатной лексикой придурки - "лагерный вертухай" (совершенно не понимая значения этого слова и к кому оно относилось). Да, именно так - год (1936) до того, как отправиться добровольцем в Испанию, Кирилл Прокофьевич Орловский был начальником участка системы ГУЛАГ на строительстве канала Москва-Волга.
Да именно так - часто начлаги и чекисты были примерно вот такими Людьми, хотя, естественно, люди, как и везде попадались всякие. Если кто не помнит - великий педагог Макаренко тоже работал в системе ГУЛАГа - был начальником колонии, а потом - замначальника "детского ГУЛАГа" Украины.
Ясное дело, что тогда были "уничтожены все лучшие люди", "все думающие люди". Поэтому строили и защищали страну исключительно забитые рабы. Вроде Кирилла Орловского. Именно поэтому с ней не смогли справиться объединённые силы континентальной Европы под руководством Адольфа Гитлера.
Естественно, все, как один, тогда были "безынициативными серыми рабами" во времена "административно-командной экономики", где чуть ли не каждый гвоздь был строго регламентирован из центра. Как про это последние двадцать лет нам объясняют каждый день в телевизоре. Только остаётся непонятным, как это колхоз строился по плану, составленному председателем, как специально под его заказ обучались специалисты - агрономы, зоотехники и пр.?
Однако, всё становится сразу становится понятным, какого типа люди брали на себя ответственность, причём не по приказу, а сами, лично - и поднимали страну из руин в невиданные сроки. Ну, разумеется, "только частный собственник может быть эффективным ", "частная инициатива", "стремление к прибыли" и "рыночная экономика способны эффективно создавать"и всё в этом духе. Не зря именами сталинских управленцев называли города, улицы и заводы.
Правда, при "неэффективном тоталитаризме" сил и средств хватало и на сильнейшую в мире армию, способную противостоять объединённым силам "золотого миллиарда", и на всеобщее лучшее в мире образование, и на бесплатное всеобщее здравоохранение, и на блестящую науку, и на космос, и на достойную жизнь для всех, а не для избранных, и на детские сады, и на пионерские лагера, и на бесплатный спорт для всех желающих, и даже на поддержку системы социализма и коммунистических партий по всему миру, как и на многое другое. Теперь всего этого нет, "сброшен балласт", преданы все союзники, разрушено и продано всё, что можно, но почему-то денег нет ни на что. Построенное тогда, сейчас под руководством "эффективных менеджеров" и "эффективных собственников" мы не можем сейчас не то что повторить - даже отремонтировать. Это к вопросу о том, какая система эффективнее и какой руководили Люди и Герои, а какой - подонки и предатели.
Ну а про мартышек, заявляющих, что "советские люди совершали подвиги под дулами заградотрядов" - даже и упоминать, наверное, не стоит. Ясное дело, что Кирилл Орловский и его отряд "Соколы", так же как и все прочие, ТАК воевали годами в окружении врагов исключительно из страха. Какие же могут быть ещё мотивы?
А вот какие мотивы у Людей: "материально я живу очень хорошо. Морально — плохо." А плохо ему от того, что он не может отдавать, а не грести к себе и потреблять. Ничтожества в принципе не могут понять мотивов действий Людей. Того, что Человек, имея в руках деньги может отдать их на школу, того, что можно не воровать, того что человек может добровольно пойти на смерть - всё это просто вне пределов их понимания.
Только представьте себе: человек, инвалид, первой группы - без обеих рук, который почти не может самостоятельно себя обслуживать, почти глухой, Герой, который по всем мыслимым законам и понятиям получил право на безбедный пожизненный отдых, считает, что он не может так жить, потому что в состоянии работать для людей ещё. Но не преподавать, например, в школе НКВД, а опять сделать почти невозможное, на пределе человеческих сил - построить лучший в СССР колхоз из сожжённой до основания деревни, населённой по большей части вдовами, стариками, инвалидами и подростками.
Можно ли представит на его месте Гайдара, Чубайса, Абрамовича, Потанина, Путина или Медведева? В принципе невозможно, не так ли?
Это Орловские отдавали все свои сбережения, чтобы построить сожжённую врагом школу, а а у путиных-медведевых на руке часы, за стоимость которой можно построить несколько сельских школ, в то время как в стране школы доведены их режимом до такого состояния, что они рушатся, хороня под собой учеников.
Это руководитель страны, когда его страна жила в хатах и землянках, сам ходил в стоптанных сапогах и питался из солдатской столовой, а все доходы от издаваемых трудов отдавал на стипендии талантливым студентам и премии творцам. А эти разрушают школы, чтобы на их месте построить дома для воров, уничтожают образование, чтобы их приняли на Запад, когда окончится их вахта по разрушению остатков России, уничтожают промышленность и армию, чтобы распродать остатки, а деньги вывести к врагу, опасаясь того, что в ограбленной ими стране случится революция и украденное у народа будет конфисковано.
Это при сталинских менеджерах дважды из миллионов послевоенных сирот, большинство которых были уличными преступниками, вырастили счастливых людей, дав им крышу над головой, образование, медицинское обеспечение и обеспечив работой. А даже официально в стране-эрефии сейчас каждый третий призывник - дистрофик, то можно представить как прошло его детство. А эти с позволения сказать, "руководители страны" без всякой войны довели десятки миллионы нормальных работящих семей до скотского состояния и превратили миллионы детей в беспризорников и преступников.
Как сказал один наш камрад, что по сравнению с таким Человеком, все "эффективные менеджеры", "гаранты", "яркие личности", "творцы" и пр. вместе взятые - не более чем куча навозных червей и опарышей, копошащихся в куче говна. Другого сравнения подобрать не получается.
Использованная литература:
1. И Гитлер хотел победить таких людей? Виталь Скалабан Советская Белоруссия №27 (23418) 24.10.2009
2. http://www.belarus.kz/index.php?p=270
3. http://svr.gov.ru/history/orlovskij.html
4.. Эффективные менеджеры Сталина - http://grey-croco.livejournal.com/498492.html
вторник, 13 апреля 2010 г.
Древние японские зоофилы
http://nazdarru.livejournal.com/95363.html
Любовь к животным нынче в моде, во имя животных оголяются, ползают по плошадям с плакатиками на спине, упаковываются в полиэтиленовые пакеты и так далее. Между тем, настоящий любитель животных - пятый сёгун Токугава (1646-1709) позорно позабыт. А зря!
Изучение его наследия бы помогло членам PETA поднять защиту животных на невиданный уровень.
Главным советником Цунаёси был противник кровопролития и любитель бездомных собак Ёсиясу Янагисава (по совместительству гомосексуальный партнёр сёгуна с 12 лет. Кстати, политкорректно - и зелёный, и голубой в одном флаконе), который одновременно умудрялся быть конфуцианцем и буддистом.
В 1687 году сёгун впечатлился доводами Ёсиясу и издал первый в мире указ о запрете убивать бродячих животных. Убивать их было объявлено немилосердным и преступивших закон милосердно убивали. Если животные травили поля крестьян, тем следовало выпровождать их разумными речами и уважительными манерами. Например, к собакам следовало обращаться "Госпожа Собака".
Сёгун не останавливался на достигнутом и издавал новые и новые указы так, что в конце концов животные обладали бОльшими, чем люди правами. За то, что кто-то негуманно ударил собаку, его могли гуманно казнить.
Для бездомных собак были созданы приюты в которых их кормили от пуза и читали им лекции по конфуцианству (у самого сёгуна, правда во дворце не было ни одного животного, но это мелочи). Достаточно было донести на соседа, что он негуманно обращается с животными и его голова уже катилась по эшафоту.
Гуманные законы и гуманные казни были отменены через 10 дней после кончины первого любителя животных...
Любовь к животным нынче в моде, во имя животных оголяются, ползают по плошадям с плакатиками на спине, упаковываются в полиэтиленовые пакеты и так далее. Между тем, настоящий любитель животных - пятый сёгун Токугава (1646-1709) позорно позабыт. А зря!
Изучение его наследия бы помогло членам PETA поднять защиту животных на невиданный уровень.
Главным советником Цунаёси был противник кровопролития и любитель бездомных собак Ёсиясу Янагисава (по совместительству гомосексуальный партнёр сёгуна с 12 лет. Кстати, политкорректно - и зелёный, и голубой в одном флаконе), который одновременно умудрялся быть конфуцианцем и буддистом.
В 1687 году сёгун впечатлился доводами Ёсиясу и издал первый в мире указ о запрете убивать бродячих животных. Убивать их было объявлено немилосердным и преступивших закон милосердно убивали. Если животные травили поля крестьян, тем следовало выпровождать их разумными речами и уважительными манерами. Например, к собакам следовало обращаться "Госпожа Собака".
Сёгун не останавливался на достигнутом и издавал новые и новые указы так, что в конце концов животные обладали бОльшими, чем люди правами. За то, что кто-то негуманно ударил собаку, его могли гуманно казнить.
Для бездомных собак были созданы приюты в которых их кормили от пуза и читали им лекции по конфуцианству (у самого сёгуна, правда во дворце не было ни одного животного, но это мелочи). Достаточно было донести на соседа, что он негуманно обращается с животными и его голова уже катилась по эшафоту.
Гуманные законы и гуманные казни были отменены через 10 дней после кончины первого любителя животных...
Николай Сироткин. Один в поле - воин
17 июля 1941 года, Сокольничи, близ Кричева, немцы вечером хоронили русского неизвестного солдата. Да, этого советского воина хоронил противник. С почестями. Гораздо позже выяснилось, что это был командир орудия 137-й стрелковой дивизии 13-й армии старший сержант Николай Сиротинин.
Летом 1941 года к белорусскому городку Кричеву прорывалась 4-я танковая дивизия Хайнца Гудериана, одного из самых талантливых немецких генералов-танкистов. Части 13-й советской армии отступали. Не отступал только наводчик Коля Сиротинин — совсем мальчишка, невысокий, тихий, щупленький. Ему тогда только-только исполнилось 19 лет.
«Здесь останутся два человека с пушкой», — сказал командир батареи. Николай вызвался добровольцем. Вторым остался сам командир. Коля занял позицию на холме прямо на колхозном поле. Пушка тонула в высокой ржи, зато ему хорошо видны были шоссе и мост через речушку Добрость. Когда головной танк вышел на мост, Коля первым же выстрелом подбил его. Вторым снарядом поджег бронетранспортер, замыкавший колонну, создав затор.
Не совсем ясно до сих пор, почему Коля остался в поле один. Но версии есть. У него, видимо, как раз и была задача — создать на мосту «пробку», подбив головную машину гитлеровцев. Лейтенант у моста и корректировал огонь, а потом, видимо, вызвал на затор из немецких танков огонь другой нашей артиллерии. Из-за реки. Достоверно известно, что лейтенанта ранили и потом он ушел в сторону наших позиций. Есть предположение, что и Коля должен был отойти к своим, выполнив задачу. Но… у него было 60 снарядов. И он остался!
Два танка попытались стащить головной танк с моста, но тоже были подбиты. Бронированная машина попыталась преодолеть речку Добрость не по мосту. Но увязла в болотистом береге, где и её нашел очередной снаряд. Коля стрелял и стрелял, вышибая танк за танком…
Танки Гудериана уперлись в Колю Сиротинина, как в Брестскую крепость. Уже горели 11 танков и 7 бронетранспортеров! То, что больше половины из них сжег один Сиротинин, — точно (какие-то достала и артиллерия из-за реки). Почти два часа этого странного боя немцы не могли понять, где окопалась русская батарея. А когда вышли на Колину позицию, были очень удивлены, что стоит только одно орудие. У Николай оставалось всего три снаряда. Предлагали сдаться. Коля ответил пальбой по ним из карабина.
После боя обер-лейтенант 4-й танковой дивизии Хенфельд записал в дневнике:
«17 июля 1941 года. Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости… Оберст (полковник) перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?»
Во второй половине дня немцы собрались у места, где стояла пушка. Туда же заставили прийти и нас, местных жителей, — вспоминает Вержбицкая. — Мне, как знающей немецкий язык, главный немец с орденами приказал переводить. Он сказал, что так должен солдат защищать свою родину — фатерлянд. Потом из кармана гимнастерки нашего убитого солдата достали медальон с запиской, кто да откуда. Главный немец сказал мне: «Возьми и напиши родным. Пусть мать знает, каким героем был её сын и как он погиб». Я побоялась это сделать… Тогда стоявший в могиле и накрывавший советской плащ-палаткой тело Сиротинина немецкий молодой офицер вырвал у меня бумажку и медальон и что-то грубо сказал.
Гитлеровцы ещё долго после похорон стояли у пушки и могилы посреди колхозного поля, не без восхищения подсчитывая выстрелы и попадания.
Сегодня в селе Сокольничи могилы, в которой немцы похоронили Колю, нет. Через три года после войны останки Коли перенесли в братскую могилу, поле распахали и засеяли, пушку сдали в утильсырье. Да и героем его назвали лишь через 19 лет после подвига. Причем даже не Героем Советского Союза — он посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени.
Лишь в 1960 году сотрудники Центрального архива Советской армии разведали все подробности подвига. Памятник герою тоже поставили, но нескладный, с фальшивой пушкой и просто где-то в стороне. В 61-м году, когда кричевские краеведы отыскали могилу Коли. Съездили в Белоруссию всей семьей. Кричевцы хлопотали, чтобы представить Колю к званию Героя Советского Союза. Только напрасно: для оформления документов обязательно была нужна его фотография, хоть какая-то. А у нас же её нет! Так и не дали Коле Героя. В Белоруссии его подвиг известен. И очень обидно, что в родном Орле о нем мало кто знает. Даже маленького переулка его именем не назвали.
На вопрос, почему именно Коля вызвался прикрывать отступление нашей армии, Таисия Владимировна отвечает: «Мой брат не мог поступить иначе». 11 танков и 7 бронемашин, 57 солдат и офицеров недосчитались гитлеровцы после боя на берегу реки Добрость, где стоял в заслоне русский солдат Николай Сиротинин.
Надпись на памятнике:
«Здесь на рассвете 17 июля 1941 г. вступил в единоборство с колонной фашистских танков и в двухчасовом бою отбил все атаки врага старший сержант-артиллерист Николай Владимирович Сиротинин отдавший свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины»
Летом 1941 года к белорусскому городку Кричеву прорывалась 4-я танковая дивизия Хайнца Гудериана, одного из самых талантливых немецких генералов-танкистов. Части 13-й советской армии отступали. Не отступал только наводчик Коля Сиротинин — совсем мальчишка, невысокий, тихий, щупленький. Ему тогда только-только исполнилось 19 лет.
«Здесь останутся два человека с пушкой», — сказал командир батареи. Николай вызвался добровольцем. Вторым остался сам командир. Коля занял позицию на холме прямо на колхозном поле. Пушка тонула в высокой ржи, зато ему хорошо видны были шоссе и мост через речушку Добрость. Когда головной танк вышел на мост, Коля первым же выстрелом подбил его. Вторым снарядом поджег бронетранспортер, замыкавший колонну, создав затор.
Не совсем ясно до сих пор, почему Коля остался в поле один. Но версии есть. У него, видимо, как раз и была задача — создать на мосту «пробку», подбив головную машину гитлеровцев. Лейтенант у моста и корректировал огонь, а потом, видимо, вызвал на затор из немецких танков огонь другой нашей артиллерии. Из-за реки. Достоверно известно, что лейтенанта ранили и потом он ушел в сторону наших позиций. Есть предположение, что и Коля должен был отойти к своим, выполнив задачу. Но… у него было 60 снарядов. И он остался!
Два танка попытались стащить головной танк с моста, но тоже были подбиты. Бронированная машина попыталась преодолеть речку Добрость не по мосту. Но увязла в болотистом береге, где и её нашел очередной снаряд. Коля стрелял и стрелял, вышибая танк за танком…
Танки Гудериана уперлись в Колю Сиротинина, как в Брестскую крепость. Уже горели 11 танков и 7 бронетранспортеров! То, что больше половины из них сжег один Сиротинин, — точно (какие-то достала и артиллерия из-за реки). Почти два часа этого странного боя немцы не могли понять, где окопалась русская батарея. А когда вышли на Колину позицию, были очень удивлены, что стоит только одно орудие. У Николай оставалось всего три снаряда. Предлагали сдаться. Коля ответил пальбой по ним из карабина.
После боя обер-лейтенант 4-й танковой дивизии Хенфельд записал в дневнике:
«17 июля 1941 года. Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости… Оберст (полковник) перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?»
Во второй половине дня немцы собрались у места, где стояла пушка. Туда же заставили прийти и нас, местных жителей, — вспоминает Вержбицкая. — Мне, как знающей немецкий язык, главный немец с орденами приказал переводить. Он сказал, что так должен солдат защищать свою родину — фатерлянд. Потом из кармана гимнастерки нашего убитого солдата достали медальон с запиской, кто да откуда. Главный немец сказал мне: «Возьми и напиши родным. Пусть мать знает, каким героем был её сын и как он погиб». Я побоялась это сделать… Тогда стоявший в могиле и накрывавший советской плащ-палаткой тело Сиротинина немецкий молодой офицер вырвал у меня бумажку и медальон и что-то грубо сказал.
Гитлеровцы ещё долго после похорон стояли у пушки и могилы посреди колхозного поля, не без восхищения подсчитывая выстрелы и попадания.
Сегодня в селе Сокольничи могилы, в которой немцы похоронили Колю, нет. Через три года после войны останки Коли перенесли в братскую могилу, поле распахали и засеяли, пушку сдали в утильсырье. Да и героем его назвали лишь через 19 лет после подвига. Причем даже не Героем Советского Союза — он посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени.
Лишь в 1960 году сотрудники Центрального архива Советской армии разведали все подробности подвига. Памятник герою тоже поставили, но нескладный, с фальшивой пушкой и просто где-то в стороне. В 61-м году, когда кричевские краеведы отыскали могилу Коли. Съездили в Белоруссию всей семьей. Кричевцы хлопотали, чтобы представить Колю к званию Героя Советского Союза. Только напрасно: для оформления документов обязательно была нужна его фотография, хоть какая-то. А у нас же её нет! Так и не дали Коле Героя. В Белоруссии его подвиг известен. И очень обидно, что в родном Орле о нем мало кто знает. Даже маленького переулка его именем не назвали.
На вопрос, почему именно Коля вызвался прикрывать отступление нашей армии, Таисия Владимировна отвечает: «Мой брат не мог поступить иначе». 11 танков и 7 бронемашин, 57 солдат и офицеров недосчитались гитлеровцы после боя на берегу реки Добрость, где стоял в заслоне русский солдат Николай Сиротинин.
Надпись на памятнике:
«Здесь на рассвете 17 июля 1941 г. вступил в единоборство с колонной фашистских танков и в двухчасовом бою отбил все атаки врага старший сержант-артиллерист Николай Владимирович Сиротинин отдавший свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины»
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
